Затем, внезапно подняв взгляд, она со всей страстью взяла мою руку и сжала.
– Будьте мне подругой, – сказала она с ноткой нежности в звучном голосе, – у меня нет друзей моего пола, а я жажду полюбить вас. Брат всегда с недоверием относился к моей дружбе с женщинами. Вы знаете его теории: он всегда утверждал, что сфера мысли, в которой я живу всю жизнь, далека от той, в которой существуют другие женщины, так что из моего союза с кем-то из них не могло выйти ничего хорошего. Вчера, когда он сказал о вашем приезде, я сразу поняла, что он, должно быть, открыл в вашей натуре такое, что не могло быть мне противно, иначе он не привел бы вас сюда.
Только поистине холодное сердце не откликнулось бы на эту речь, полную жалобной мольбы ласкового дитя. Тем более, я полюбила ее с того самого момента, как коснулась ее руки, а потому была вне себя от радости, услышав, что она желает избрать меня в качестве друга.
– Ну вот, теперь, когда мы составили, подписали и скрепили наш договор о дружбе, – весело прощебетала она, – ты хочешь пойти посмотреть мою мастерскую? Не думаю, что там есть хоть что-то, заслуживающее вечности, однако как с ребенком, что строит из кубиков, нужно набраться терпения, так и ты должна проявить не меньшее терпение со мной. Идем!
Зара провела меня через свою прекрасную комнату, которая, как я теперь заметила, была полна изящных статуй, чудесных картин и изысканной вышивки среди в изобилии расставленных ваз с цветами.