– Хватит! Здесь не место для ваших разборок. Убирайтесь в пустыню. Дайте мне спокойно похоронить его.
– Значит, старый скряга подох наконец? – задыхаясь проговорил противник вожака. – Это неплохо. Он наверняка успел рассказать тебе, где хранил все свои запасы. А ты расскажешь нам. Пора изменить всё. В ошейнике и под плетью ты будешь работать лучше, чем работал до этого. Возьмите его! Зверёныш не должен сбежать! – прорычал он своим друзьям.
– Дурак, – спокойно ответил Ли, моментально сообразивший, в чём дело. – Ты считаешь, что сможешь надеть на меня ошейник? Ну так иди, попробуй.
Гладкое красивое лицо юноши ожесточилось, и в чертах его проглянул хищник.
Зло усмехнувшись, вожак добавил:
– Нас всего двое, но этого будет достаточно, чтобы заставить вас умыться кровью.
Остатки банды попятились, с опаской поглядывая на юношу. Многие из них ещё помнили тот день, когда встретили его с мастером в пустыне. Но тогда он был подростком, а сейчас перед ними стоял молодой, полный сил, тренированный мужчина, способный в одиночку уложить любого.
Воспользовавшись замешательством бандитов, вожак снова бросился в атаку. Очнувшись, отступники бросились на вожака. Завязалась общая потасовка.
Впервые в жизни Ли получал удовольствие от этой смертельной пляски. Боясь попасть в своих, бандиты пользовались только ножами, но это давало Ли преимущество. Его тренированное тело моментально откликалось на любую команду. Он метался между ними, нанося удары и словно издеваясь над неуклюжестью и глупостью противников. Раздавая пинки и оплеухи, от которых бандиты начинали задыхаться и выплёвывать зубы, он внимательно отслеживал перемещения вожака.
Один из бандитов, доведённый до бешенства, выхватил пистолет, но руки юноши моментально переплелись в сложный узел, и кости стрелка хрустнули. Издав крик боли, он выронил оружие и, получив вдобавок удар в основание черепа, рухнул на песок. Перехватив руку с ножом, нацеленным ему в бок, Ли отбросил ногой другого нападавшего и, приседая, подвернулся под первого, выкручивая ему руку в обратном направлении.
Ли не хотел убивать. Это была не его драка. Но он отлично понимал, что, проиграв, вожак должен будет уступить власть, а это даст возможность другим беспрепятственно напасть на него. Носить рабский ошейник его не заставит никто, это он знал твёрдо.