Вкусный супчик, к которому я больше не притрагивалась из опасения перед неконтролируемым провидческим трансом, в темпе вальса навернул Фаль. Мы быстро собрали вещи, я худо-бедно вытерла мокрую голову, и все тронулись в путь.
Дорогой, разумеется, то место, по каковому пытались проехать, именовалось чисто условно. Но, честно сказать, иные официальные дороги в России бывали и похуже звериных тропинок, которыми ухитрялись пробираться лошади. Во всяком случае, здесь не попадалось таких колдобин, где мог сломать ноги конь, и кюветов, в которых наши живые средства передвижения утонули бы по уши, тоже еще не вырыли.
Двигались мы, если ориентироваться по солнцу и моим субъективным ощущениям, не назад, а малость вперед и наискосок, то есть должны были оказаться примерно на том же расстоянии от «городу Парижу», только западнее."
"Наши ВВС в лице единственного и неповторимого Фаля исследовали местность.
Мерное движение по лесным тропам длилось уже часа три, когда малютка прилетел с докладом насчет поляны впереди и людей, на ней имеющихся.
— Засада? — напружинился Киз.
— Не-э, — засомневался сильф и пояснил, хищно облизнувшись: — Они мясо жарят!
— Охотники? — предположил Гиз.
— Да хоть грибники или углежоги. Главное, они однозначно более местные, чем мы! Дорогу в село попробуем уточнить. Вдруг есть более короткий путь? — подытожила в нетерпении, привставая на стременах. Очень я за Алльзу волновалась, хотелось прямо сию минуту оказаться в селе и начать действовать.
— А если они разбойники? — хмыкнул брат моего киллера.
— Тогда сначала вы их всех победите, а потом уточним, — нарисовала я на физиономии умильный улыбон и прибавила во взгляд фанатичной убежденности в непобедимости моих телохранителей.
— Допросить не лишним будет, — согласился Киз, и у меня создалось впечатление, что он методично делал мысленные пометки в плане грядущей встречи: напротив пункта «враждебный прием» значилось: «Пленить, оставить в живых».
ГЛАВА 7
Удачная встреча, или Трое невезучих
Уведомленные Фалем, мы ехали чуть более шумно, чем обычно, чтобы дать возможность контингенту на поляне проявить свои намерения.