Повстречать толстяка-мексиканца, который показал себя таким преданным другом, — что могло быть лучше этого? Но, пожимая руку Крила, Кейд почувствовал угрызения совести от того, что не сам связался с Крилом раньше. Хотя оправдание тому было — Крил был слишком тесно связан со всем тем, что он, Кейд, хотел бы забыть. Но теперь он искренне радовался встрече.
— Это самый счастливый миг в моей жизни, сеньор, — сказал Крил, и глаза его были влажными от нахлынувших эмоций. — А я и не знал, что вы здесь. Выглядите прекрасно! Сеньор Кейд! Я очень, очень рад!
— Взаимно, — сказал Кейд.
— Конечно, — Крил прошел вслед за Кейдом в полутемный бар. — Я не буду задавать вопросов. Вижу, что с вами все в порядке. Я видел ваши прекрасные работы в «Сан». Простите уж глупому, необразованному человеку, но ваши фотографии трогают меня.
Кейд был счастлив, что в баре было темно. Он просто молча пожал пухлую ладонь Крила. Только после того, как он заказал себе кока-колу, а Крилу — кофе и они уселись рядом на обитой кожей скамье, Кейд смог сказать достаточно твердым голосом:
— Адольфо, бога ради, прекрати называть меня сеньор Кейд.
Крил смутился, но чувствовал в то же время, что ему очень приятно это слышать.
— Ладно. Скажи мне, зачем ты приехал?
Без колебаний Кейд рассказал ему о Вики.
— Эта девушка, Адольфо, очень много для меня значит. А сюда я приехал, чтобы получить развод.
Крил бросил три кусочка сахара в свой кофе.
— Это понятно. Хуана и ты — вещи несовместимые. Это роковая женщина. Ее волнуют только деньги и потребности ее тела. Это чума.
Кейд швырнул кубик льда в свой стакан.
— А что она… где?
— Она в городе, — ответил Крил.
Кейд внезапно почувствовал, что у него перехватило горло.
— Все еще с Диасом?
— Нет. Вот типичный пример ее влияния на мужчин. Между ними все было кончено, когда они вернулись из Испании. Сегодня будет бой быков. Я пойду туда. Думаю, что увижу последний бой Педро Диаса.
Кейд посмотрел на Крила.
— Что значит… последний бой?"
"— Это не человек, это развалина. Да, я знаю, по его наущению тебя жестоко избили. Он порочный, надменный человек, но он был храбрый тореро.