Все бабские прелести на месте? На месте. А дальше не мои проблемы, что там с тобой делать будут."
"— Какие у вас… высокодуховные и надёжные взаимоотношения, — Шпилька фыркнула.
— Привыкай, цаца. Тут все друг другу такие друзья, что и врагов не надо. Но иногда объединяться приходится. Вот как нам с тобой сейчас.
— С чего бы?
Шпилька нахмурилась — предложение мура, как, впрочем, и вообще его общество, ей не нравилось до зубовного скрежета. Не верила она в искренность кваза вот ни на столечко — он же мур, соврёт и глазом не моргнёт.
Осталось только выяснить, что именно. И как-то этим воспользоваться.
— А с того, цаца, что поодиночке сдохнем мы с тобой, и очень быстро, — подтвердил её подозрения мур. — Из Пекла-то мы выбрались, но, думаешь, за его пределами заражённых нет? Есть, и как бы не побольше — там-то сначала мы, а потом змеёныши отравы насыпали, чтоб с ордами спешащих на обед тварей не столкнуться, а тут…
Сыч махнул рукой с зажатым в ней пистолетом.
— Одна ты до Энгельса не доберёшься. Опыта не хватит. Так что, как истинный джентльмен, предлагаю помощь.
— Тебе какая выгода? — в лоб поинтересовалась Шпилька. — И что ещё за Энгельс?
— Даже этого не знаешь? — прищурился кваз. — Как ты базу своих стронгов вообще найти собиралась, если даже названия стаба не знаешь. Пойди туда, не знаю, куда, да? Нет, цаца, тут так не работает.
Шпилька ничего не ответила, только многозначительно приподняла бровь.
— А выгода у меня простая. Я тебе помогу до Энгельса добраться, научу, как тут выживать, а ты стронгам за меня словечко замолвишь. Бабы в Стиксе на вес золота — не выживаете вы тут, мрёте в первый же день. Так что к тому, кто бабу в стаб приводит, отношение особое — награду там дают, всякое нехорошее могут простить. А я мур, цаца, на змеёнышей работал, пока они меня не слили. Мне тут жизни теперь не дадут, так что хочу на восток податься.
— И ты вот так запросто мне доверишься? — не поверила Шпилька.