Нет, то что Демьян на самом деле не одинок, я рада. Но зачем тогда нужна была я?
Почему сразу было не спрятать ребёнка у близких людей? Зачем нужны были эти угрозы в мой адрес, да и сумма, которую сегодня утром озвучил Тимур за присмотр за Демьяном, равная всем моим зарплатам за год…
Как же ты так попала то, Катя, а? Прикрываю глаза сдерживая непрошеные слёзы. И дело, блин, совсем не в деньгах и даже не в угрозах! Дело в этом маленьком человеке, от трёх килограмм которого невозможно отказаться. От этой лёгкой, копошащейся тяжести на руках.
Да, понимаю, что не мой! Но…
Поправляю вязаный пледик и трогаю носик Демьяна. Холодный. В машине на всю дует кондиционер. Градусов на двадцать.
— Можно сделать кондиционер потеплее? — Обращаюсь к Ринату. — Пожалуйста.
Он выкручивает датчики на панели и коротко отзывается:
— Почти приехали.
Я машинально перевожу взгляд на окно и с удивлением узнаю соседний посёлок. Ехать дорогой до него всегда было далеко, потому местные предпочитали ходить через реку.
Настоящая же причина была банальна до безобразия — основную часть заречных домов занимала цыганская диаспора. Их боялись, постоянно делали крайними во всех проблемах от мелких пропаж имущества до драк с поножовщиной, а потом просили то погадать, то мужа в семью вернуть, то лошадей, чтобы огород вспахать. Мне всегда казалось это несправедливым. Лицемерным.
Прилипаю к окну, рассматривая ряды новеньких домов вместо старых, замаскированных сайдингом изб. Неужели продали землю? Жаль…
Машина проезжает практически до окраины посёлка и останавливается возле дома с высоким кирпичным забором.
— Приехали… — Ринат паркует машину прямо напротив кованых ворот. Выходит из машины и помогает выбраться нам.
По моим плечам прокатывается дрожь. Память, откуда-то из недр детских воспоминаний, выдаёт рассказы подружки Милены о дворце, в который ее мама возит молоко, и ей ни в коем случае нельзя опаздывать, потому что дом охраняют настоящие волки.
Громкий лай за забором заставляет меня вздрогнуть и крепче сжать в руках ручку люльки.
Одна из створок ворот приоткрывается, и нам на встречу выходит грузная, немолодая женщина в длинной юбке и цветастом платке на голове.
Ринат подходит к ней вплотную и что-то очень тихо говорит.