Но с этим придётся повременить: сначала надо кое-что сделать.
После недолгих поисков мы нашли палату с двумя мальчиками и девочкой. Один мальчик лет семи-восьми безучастно лежал на кровати – похоже, у него не было сил даже приподнять голову. Бедняга – его действительно срочно нужно развеселить. У девочки лет десяти рука была в пластмассовой шине, лицо забинтовано, а то, что виднелось из-под повязки, напоминало неумело замешенную глину, которую кто-то выкрасил в лилово-бордовый цвет. Второй мальчик, почти мой ровесник, выглядел поздоровее, но ноги у него были перевязаны.
– Чего вам? – спросил он, но тут Холли вскарабкалась по моей руке и устроилась у меня на плече. Трое пациентов с удивлением воззрились на мою лучшую подругу.
– О-о-о… Она ручная? – спросила девочка. Говорила она с трудом.
Я с усмешкой кивнул:
– Иногда точно. Холли обучена разным трюкам – хочешь посмотреть?
– Конечно, – ответил мальчик с перевязанными ногами.
– Конечно! – воскликнула девочка.
Холли с воодушевлением приступила к делу. Она прыгнула на голову Домино, показала трюк «Служи» и стойку на голове, а Домино сделала вид, будто удивляется тому, что творится у неё на макушке. Дети закричали «браво» и как могли захлопали.
– Сальто! – скомандовал я, и Холли сделала сальто. – А теперь двойное! – велел я.
– Рехнулся, что ли, сам делай! – фыркнула Холли. Хорошо хоть пальцем у виска не покрутила.
– Ну ладно, тогда что-нибудь другое. – Мы с Домино размотали верёвку, которую принесли с собой, я взял один конец, а Домино другой. – Пробеги по верёвке, да пошустрей! – скомандовал я. Холли повернулась ко мне задом и пукнула:
– Нельзя ли повежливей?! А то вообще ничего делать не буду!
– Прошу прощения, мисс Льюис, не будете ли вы так добры пробежать по этой верёвке?
– С удовольствием! – Холли без труда побежала по тонкой верёвке – и вдруг сделала вид, будто сейчас сорвётся.
– Вообще-то мы сюда пришли не затем, чтобы дети ещё сильнее заболели, – отругал её я.
– Да ну, ерунда! – В последнюю секунду Холли уцепилась лапой за верёвку и стала перебираться дальше. С кроватей донеслось хихиканье.