Если вместо одной хищной кошки к семейству оборотней-вапити заявятся сразу две – только искры из-под копыт полетят! Или кошки, если Элвуды нас вышвырнут.
Но мисс Кэллоуэй оставалась непреклонной, и в пятницу вечером я пошёл искать Кинга, чтобы сообщить ему радостную новость. Я обнаружил его на раскладушке, где он в обличье ягуара лёг подремать – большой золотистый клубок в чёрных пятнах. Он тихонько урчал во сне.
– Эй, Кинг, – окликнул его я.
Мой новый друг поднял голову, доверчиво посмотрел на меня янтарными глазами и зевнул:
– Что такое?
– Обещаешь мне весь выходной ни на кого не прыгать?
– Ладно, так и быть.
– И не превращаться?
– Угу.
– И не оставлять нигде свою шерсть, особенно на тех, у кого аллергия на кошек?
Кинг уставился на меня круглыми глазами.
– Последнее было шуткой, – успокоил я его. – Если не будешь превращаться, то никого и не исшерстишь.
– Вот именно! – Кинг потянулся и выгнул спину. Для ягуара он был не слишком крупным – скорее средней величины, – но мне он показался невероятно массивным и мускулистым.
– Мы едем в гости: сначала к людям, а потом к копытным.
– К людям?! – Кинг одним прыжком вскочил с раскладушки и спрятался под мою кровать.
– В моей приёмной семье тебе нельзя будет так себя вести, – предупредил я. Не думал, что он струхнёт при одном упоминании двуногих. К счастью, мне удалось довольно быстро выманить Кинга. В усах у него застряли комки пыли: мы с Брэндоном сто лет не убирали под кроватью.
Когда мимо прошаркал Альфредо, я спросил его:
– Как тебе живётся в одной комнате с волками?
Альфредо взглянул на меня сквозь толстые очки и улыбнулся:
– Хорошо, а что?
У меня это не укладывалось в голове:
– Разве они не противные? И они тебя не бесят?
– Нет, мы хорошо провели время: Джефри дал мне поиграть в приставку, Бо рассказывал интересные истории, а Клифф помог очистить шерсть от репьёв, – перечислил Альфредо.
Я уже ничего не понимал в этом мире. Но что делать – такое часто случалось.