– Но тебе придётся, если ты хочешь сохранить всё, чего достиг.
– Чего я достиг? Не смеши: если тебя не станет, император вышвырнет меня из дворца без права вернуться и занимать высокие должности, – горько признала я свою главную ошибку: свою маленькую власть я строила на Элоре.
Потому что так было проще.
Потому что он нравился мне больше императора.
Потому что так получалось само собой, и не будь неудачи на отборе, я бы решила, мы – пара.
А надо было и с императором Каритом отношения налаживать, и с принцем Арендаром найти общий язык.
– Именно поэтому, а не из-за симпатии, ты пойдёшь в Нарнбурн с Лерой, – с облегчение заговорил Элор. – Ты её обхаживаешь не в романтическом смысле, как я подумал, а как меня когда-то. Но, боюсь, Арен не поймёт, если она за тебя попросит.
– Она настолько упёртая, что если попросит за меня, не будет иметь значения, поймёт принц Арендар это или нет.
Фыркнув, Элор хлопнул ладонью по колену:
– О да, ты прав. Всё так и будет… – Он помедлил.
– Что?
– Наши… отношения. Лера… Она, конечно, забавная, внешне привлекательная, но… я её не люблю. Хочу, тянусь – да, но не люблю. Не представляю, что мог бы полюбить именно как женщину, она скорее Арена мне напоминает: этакая младшая сестричка. Я люблю тебя. Но инстинкты вынуждают тянуться к Лере. Я всегда воспринимал избранность как… величайший дар, благословение, счастье. Но на деле… это же самая страшная неволя. Это как… словно бы тебя порабощает менталист, вынуждая делать то, что ты не хочешь.
Его дальнейшее молчание приглашало к диалогу, и я вспомнила свои давние мысли по этому поводу, тихо произнесла:
– Проблема в возрасте: чем ты старше, тем сложнее ломать себя под кого-то и слепо доверяться инстинктам.
– Пожалуй, ты прав… Я бы полжизни отдал за то, что бы ты был драконессой.
Я бы полжизни отдала, чтобы родиться драконом!
– В этом случае меня бы убили, – напомнила я об охоте на потенциальных избранных Аранских.