Он вообще плохо понимал, что именно сейчас произошло. Оглянувшись, он выхватил из пространственного кольца нож и, проведя по руке, произнес:
– Клянусь, что я Хаджар Дархан.
Кровь вспыхнула и рана мгновенно затянулась. Река Мира приняла его клятву, не оставив на теле ни единого шрама. Клятва была принят и мгновенно исполнена.
Как ему когда-то подсказал Эйнен, это был способ, проверить в иллюзии он находиться или нет.
– Это был сон? – спросил он у вождя.
– У каждого свое испытание, – немедленно нахмурился Ярость Медведя.
– Но с кем я воевал?
Вождь, скрестив руки на могучей груди, ничего не ответил. Хотя, сам Хаджар уже знал, с кем именно он бился. Увидев свое отражение в луже под ногами, Хаджар вгляделся внутрь собственных глаз.
Он хорошо знал, того, кто появился в темном переулке. Потому что теперь, вспоминая толи сон, толи видения, он видел в кого именно складывались клубы канализационного дыма.
В него самого.
– Самые свирепые наши враги, живут внутри нас самих, – внезапно произнес вождь. – Победи себя и сможешь одолеть целый мир."
"– Спасибо, – кивнул Хаджар.
– Пойдем, – вождь развернулся и пошел к огромному костру, сложенному по центру лагеря. – Сегодня праздник, о делах поговорим завтра.
Хаджар пошел следом. Он вслушивался в незнакомый, рычащий язык и пытался как можно скорее избавиться о воспоминаниях нереальной жизни последних трех лет.
– Выпьешь? – одна из орчанок, невысокого роста – всего два метра, и со стройной талией, протянула ему чарку чего-то терпкого и пахучего.
Хаджар смерил её взглядом, а потом отвернулся.
– Завязал, – ответил он, доставая из кармана трубку. – Не пью больше.
Орчанка пожала плечами и унеслась к кругу танцующих. Танец орков больше походил на военные учения. Под ритмичную музыку они делали выпады кулаками и уносили по воздуху удары ногами.
Очень странный, но танец.
– Садись, – орк указал на один из пледов, накинутых на нагретую пламенем землю. – Скоро будет церемония посвящения в охотники.
Только теперь Хаджар заметил, что его сажали рядом с молодыми орками, которые отличались от других своих собратьев. Отличались тем, что на их головах не было перьев.