Какими несносными могут быть студенты: с каждым годом учатся все хуже, работы сдают не вовремя и хамят. И даже съесть их нельзя!
Нари сочувственно покивала, потом расхохоталась, догадавшись, что Керин ее подначивает.
– Керин!
– А что? Разве драконы не считают химер кровожадными чудовищами? Может быть, мы на завтрак съедаем по девице и запиваем чашечкой крови.
– Ты близко к сердцу воспринял мои слова о том, что химеры – чудовища, да, Керин? – догадалась Нари, вспомнив их первый разговор.
Она шла, опустив голову. Ей сложно было разобраться в своих чувствах. Всю жизнь она слышала о том, как коварны и жестоки химеры, что от них надо держаться подальше. И что же… Единственный встреченный ею химера оказался самым человечным и благородным. Как же так? Где закралась ошибка? Может, это драконы – отвратительные существа?
– Химеры – чудовища, – вдруг сказал Керин. – И драконы – чудовища. Даже люди, если хорошенько подумать, тоже чудовища.
В голосе Керина появились новые интонации: с Нари сейчас говорил правитель, и она слушала, не решаясь спорить.
– В основе нашей вражды лежит древнейший инстинкт: две сильнейшие расы борются за существование, пытаясь вытеснить друг друга.
– Что изменить, Керин? – робко спросила Нари. – Думаешь, химеры и драконы смогут стать друзьями? Летать друг к другу… на чашечку чая? К тому же… Мы для вас еда…
Она невольно вздрогнула, вспомнив все те страшные сказки, что рассказывал ей в детстве дедушка. Посторонилась. Увидела, как Керин покачал головой, будто хотел сказать: «Упрямая девочка».
– Не еда. Лекарство. Кто знает, почему природа так задумала? Может быть, изначально мы должны были биться бок о бок против общего врага? Тогда у химер всегда была бы под рукой панацея от смертельных ран. Мы физически слабее драконов и погибали бы быстрее.
– Да? А драконам тогда от химер какой толк? – ревниво спросила Нари, невольно переходя на сторону сородичей.