Татьяна уже было открыла рот, чтобы обрушиться на Игнатьева со всевозможными проклятиями, но он опередил её, подхватив под локоток, и повёл в сторону.
— Татьяна Владимировна, вы ведете себя как глупый ребёнок. Если вам не важно, что о вас думают, то мне не безразлична моя сестра. Сдаётся мне, в вашем обществе Ангелина вполне может перенять и ваши дурные манеры."
"— Я прекрасно это поняла из ваших слов и поступков, — ответила Татьяна, едва сдерживая истерический смех, который рвался наружу, — но может вы, наконец, скажете мне, от чего я впала у вас в немилость?
Александр не знал, что ответить.
— Поверьте мне, Татьяна Владимировна, у меня есть на то причины. — Едва он успел договорить, как к ним приблизилась Ангелина.
— Саша, я думаю, mademoiselle Борисова, который ты обещал этот танец, будет очень огорчена, если ты забудешь о своём слове.
Вежливо поклонившись дамам, Александр отправился на поиски своей партнёрши.
Ангелина взглянула в бледное лицо подруги, ведь та явно была чем-то расстроена. В словах брата она сразу почувствовала подвох, но решив, что ей, наверное, показалось, отправилась к маменьке. Та и не думала её звать, наслаждаясь обществом местных кумушек.
После окончания танца Ангелина ощутила непривычное волнение.
— Таня, Саша сказал тебе что-то обидное? Пожалуйста, не обращай на него внимания. Он в последнее время сам не свой.
Взяв Ангелину под руку, Татьяна постаралась придать лицу безмятежное выражение, но от пристального взгляда mademoiselle Игнатьевой не укрылось, что подруга что-то скрывает.
— Ничего страшного, ma cherie, Александр Васильевич лишь сообщил мне, что я не подходящая для тебя компания.
— Вздор! Ты моя лучшая подруга, ты мне как сестра.
— Спасибо на добром слове, дорогая.
Татьяна ощутила, как сотни глаз посмотрели в её сторону. Но это ее не волновало. И даже если бы ей сказали, что на бал приехал сам император, она бы всё равно не удивилась.
Юлия Николаевна, заприметив бледную внучку, поспешила ей навстречу.