Проткнув мундирное сукно, клинок почти без сопротивления вошел в живот, и смертельно раненный мушкетер повалился на своего убийцу.
Где-то совсем близко лязгала сталь, в несколько голосов что-то проорали. Всё потом… Сейчас вот этот… «синий». Арно выскользнул из-под умирающего, не дав придавить себя к земле, и торопливо завертел головой. Ура, пикинеры теперь перли не прямо на него, а куда-то влево, к лощине на краю леса. Справа конники Придда, объединившись с пехотой, разгоняли изрядную «гусиную» компанию, в самой гуще мелькнул и скрылся знакомый серый мориск.
Приходить в себя было некогда.
5
«Гуси» проиграли.
– Дальше, капитан. Генерала вы потеряли ночью?
– Утром. «Гуси» нас вроде бы отпустили, но живо опомнились… Быстрее, чем нам бы хотелось. Мы, честно говоря, не ждали от них столь усердного преследования. Город они осаждали без особого рвения, мы рассчитывали, что и тут поосторожничают.
…Марагонцы шли в арьергарде, им все шишки и достались. Легкоконные вместе с драгунами висели на плечах, а стоило чуть остановиться, подтягивалась пехота.
– До вечера дотянули бы. – Усталый капитан не храбрился, говорил как думал. – Дотянули бы точно, но людей бы полегло… Да и овраг этот… Хотели обойти – не пустили, стервецы, пришлось напрямую. А батальон, который с «Дубовым» остался… Их, считай, похоронили.