– Я все показала и назвала все травы, но курицу нужно вовремя разлучить с огнем, и для этого есть только миг. Мгновенье назад будет рано, мгновенье вперед – опоздаешь… Перво… Я сказала не то?
– Ты сказала, как хороший артиллерист! – Названный Куртом не насмешничал! – Научиться наводить орудие мало, нужно чуять мгновенье, только тогда попадешь, куда решил. Юлиана, радость моя, а не проверить ли нам Мелхен в стрельбе? Наша дочка должна жарить не только кур, но и гусей.
– Я умею… – начала Мэллит и вспомнила, что здесь гусями называют врагов.
– Дриксенских гусей Курт жарит всю жизнь, и ему это нравится. Ведь нравится?
– Да, милая, но… Ты выглядишь утомленной, может быть, ляжешь?
– Вот-вот! Я буду лежать, как колода, а ты завтра уйдешь до зимы, и это еще будет хорошо! Конечно, если ты возьмешь нас с Мелхен с собой, я перед дорогой отдохну…
– Дорогая, ты же понимаешь, что это невозможно… – Ответ был мягок, как свежий хлеб, и тверд, как мраморный стол для разделки мяса. Роскошная же, хоть и просила всем сердцем, не верила, что отгонит разлуку и отведет прощанье.
– Тогда и говорить не о чем. – Руки жены обвили плечи мужа. – Я от тебя сегодня ни на шаг."
"– Милая, это неразумно, утомительно и неинтересно. Мне нужно проверить готовность обоза, в первую очередь, конечно, артиллерийского, но и остальное упускать не следует. Командующий ополчением – человек старательный, он даже повоевал немного, однако водить такие обозы в дальние походы ему не приходилось, как и коменданту лагеря.
– Тебя поймает Ульрих-Бертольд, а мараги найдут еще одну «герцогиню»…
– «Графиню», милая, «графиню». У этой мортиры очень бурное прошлое, и она в самом деле будет полезна при осаде Мариенбурга, я уже все продумал. Ты только представь…
– И не подумаю! – Нареченная Юлианой поцеловала супруга и разняла руки. – Не волнуйся, наша девочка за мной и своим будущим братиком присмотрит… Мелхен, ты ведь позаботишься о нас с… Курт, ты уезжаешь, а мы так и не решили с именем!
– Потому что будет Юлиана.
– Да, – пообещала Мэллит, хоть и не хотела выходить к марагам, ведь с ними надо было говорить так, чтобы никого не удивить. Это утомляло до головной боли, а сегодняшний день у девушки к тому же был лунным.
– Курт, подожди… Мы очень быстро, только сменим Мелхен ленту. Ты ведь нас подождешь?
– Да, родная.