— Муху увидела? — усмехнулся Ник.
— Да нет, — мотнула головой та, — гляжу, у них тут мишени — о-го-го.
— Что? — не понял Ник.
Трис пояснила:
— Ну, на транспортах же нет штатного десанта, только выздоравливающие и те, кто находится на реабилитации, вследствие чего держать постоянную противоабордажную команду нет возможности. Так что вся защита от абордажа чаще всего построена на автоматических кинетических турелях, — она развернулась в сторону дверей в рубку и показала на потолок. — Вон, видишь раздвижные панели? Оттуда она и выдвигается.
— И… что? — не понял Ник.
— А то, что эти штуки — жутко скорострельные и вполне могут очередями прорубить на хрен переборки, кабельные шахты, энерговоды и все такое прочее. Поэтому в них встраивают ограничители углов наведения, а переборки в том секторе, в котором турель может вести огонь, усиливают броневыми листами, которые для уменьшения рикошета сверху покрывают плотной пластмассой. Она противодействует отскоку, и пули, уткнувшись в броневую переборку, просто застревают в этой пластмассе.
Ник протянул руку и потрогал поверхность коридора, а потом отошел за угол и пощупал другую панель. Да, разница чувствовалась.
— Вот такие панели и называют «мишень», — пояснила Трис, — и по ней можно судить, что за турели здесь стоят. Чем мощнее мишень, тем круче турель. Эта, — она мотнула головой в сторону панелей потолка, — прошибет любой десантный бронескаф.
— И что?
— Ничего, — пожала плечами, а потом широко улыбнулась: — А вообще-то очень неплохой кораблик нам достался па-артнер.
Ник улыбнулся в ответ, а потом внезапно предложил:
— А давай, знаешь что? Пошли пообедаем! В мо… то есть в капитанском блоке. Я, когда шерстил командную сеть в связи с отказом тебе в допуске в рубку, узнал, что могу вам дать туда допуск. Сейчас до инженера достучусь, и двинемся.
Гра Ниопол ответил не сразу и прерываться на обед отказался. При этом Нику показалось, что он был чем-то взволнован, хотя на прямой вопрос ответил, что у него все в порядке, просто он очень занят.
Обед прошел на славу.