Когда я вернулся с обещанным, вещи были почти собраны, оставалось только уложить все вместе. Гордеев лазил по самым нижним полкам книжного стеллажа и уже почти закончил, когда неожиданно и его, и мое внимание привлек входящий звонок. Я сразу понял, что звонил его телефон. Даже не потому, что мелодия, установленная на звонок, отличалась от моей, а потому что он ожил в считанных сантиметрах от меня. Игорь бросил его на рабочий стол, видимо, потому что тот мешался в руках, а я автоматически бросил взгляд на аппарат.
Посмотрел и замер.
Звонила Ульяна. На фото была она. Улыбающаяся красавица... С маленьким ребенком на руках. Я смотрел считанные секунды, потому что Гордеев почти сразу схватил трубку, чтобы ответить на входящий, но внутри почти сразу закопошился какой-то противный червь.
Ребенок не был похож на этого слизняка. Что он, что Ульяна были русыми, он голубоглазый, а она – зеленоглазая. Ребенок же на фото… был темненьким. Темные волосы, темная глаза… Я не успел рассмотреть, как следует, но, по-моему, у него или у нее была родинка на шее.
- Я пойду. Спасибо еще раз, - вырывая меня из странных, фантасмагорических фантазий, проговорил Игорь, указывая взглядом на коробки. Когда он успел договорить по телефону и собрать все оставшееся? На сколько я выпал из реальности? – Ульяна обрадуется… - бросил он напоследок, оставляя меня в полном одиночестве.
*****Я еще долго находился в опустевшей комнате, думая о том, что увидел.
Я увидел то, что увидел или увидел то, что хотел?
Может быть, Ульяна изменяла мне еще с кем-то? Был кто-то третий? Или это был…
Нет, этот ребенок никак не мог быть моим. Три заключения, которые я зачем-то снова вытащил из задвижки рабочего стола и перечитал, говорили об одном и том же. Я не мог иметь детей.
Но…
Родинка. В точности, как у меня. Я даже подошел к зеркалу, обсмотрел ее со всех сторон. У ребенка Ульяны была такая же. Если только мое воображение не разыгралось до такой степени, что я начал сходить с ума…
Я вышел на улицу, попытался прогуляться, проветриться, но вышло только еще хуже.