— А в разбойном приказе нас никто и слушать не станет, мне же нужно спасти сестру, — возразил я.
— Резонно. Ну что же, составлю вам компанию. Правда, мы понятия не имеем какой у этого Седова ранг. К тому же у него может оказаться щит, и телепорт.
— И что вы предлагаете?
— Я попросила о помощи моего местного коллегу, учителя фехтования гимназии. Два одарённых и невероятно нахальный и способный юноша это уже совсем другое дело.
Обрадовался ли я тому, что у нас появился ещё один помощник? Вот уж нет. Но и выбора был лишён.
— Кстати, Пётр Анисимович, я заполнила ваш щит, — передавая мне ладанку, произнесла она.
Проверить это я не мог, но и причин не доверять ей никаких. Поэтому я поблагодарил учителя фехтования, и повесив мешочек на шею попросил собираться, пока я буду седлать лошадей. Разумеется, если она намерена составить мне компанию.
Гостиницу мы покинули уже через пятнадцать минут, учитывая скорость лошадей, мы всё же должны будем оказаться в поместье раньше, чем до волхва дойдёт весть о гибели его помощника.
За городской заставой нас уже ожидал кряжистый мужчина лет шестидесяти. Вряд ли старше, так как на лице явственно присутствуют следы злоупотребления спиртным, хотя сейчас он и трезв как стёклышко. А дар, он своеобразный. Способен излечить серьёзные увечья, и в то же время, ничуть не препятствует разъедать организм тем же алкоголю или табаку.
— Матвеев Филипп Львович, а это тот самый интересный молодой человек о котором я тебе рассказывала, Ярцев Пётр Анисимович, — представила она нас друг другу.
Новый знакомый не чинясь пожал мне руку, окинув оценивающим взглядом, чему-то там кивнул, и развернув лошадь дал ей шпоры.
— Пётр Анисимович, позвольте вас спросить? — Эльвира Анатольевна, поначалу ехавшая рядом с Матвеевым, отстала от него, и поравнялась со мной.
— Разумеется, — легко согласился я.
Не то, чтобы я был склонен к разговорам, просто с каждой пройденной верстой в душе нарастала тревога за сестру. Умом я понимал, что та авантюра со спасением четы Ворониных не оказала никакого влияния на розыски Лизы. И даже наоборот, в наших руках оказалось блокирующее зелье, которое мне помогло. Управиться же быстрее в Курске у меня вряд ли получилось бы. Казалось авось улыбается мне во все тридцать два зуба.