Хмурюсь, его лицо в мелких ссадинах с запекшей кровью, рубашка вся была в крови. Его или чужая? Встречаюсь с глазами, мне хочется отшатнуться, но сдерживают этот малодушный порыв.
Когда зверь чувствует, что его боятся, он может укусить, даже не посмотрит на то, что эта рука его кормила. Именно такие мысли у меня проносятся в голове, смотря на стеклянные зеленые глаза с полным отсутствием каких-либо эмоций.
— Яр! — тихо зову его, ноль реакции. Я не пойму в каком он состоянии, склоняюсь к мысли, что находится в шоке.
— Лена? — мне хочется съехидничать на его удивление, но просто улыбаюсь. Яр запускает пальцы в волосы, собирает их в кулак и тянет назад, откидывая голову.
— Елена Сергеевна, вас ожидают в первой операционной! — Рита пробегает мимо, сообщает мне информацию.
— Лена! — меня больно хватают за локоть, резко дергают.
— Мне больно, Яр! — выдергиваю руку, потираю место, где только что были его пальцы. Наверное, завтра появятся синяки, ибо было очень больно.
— Извини, — формально извиняется, совсем не испытывая вину за свой поступок. — Там Лера!
— В смысле?
— Там Лера! — смотрю на Яра нахмурившись, медленно осознаю происходящее.
— Сделай невозможное. Потом проси все, что захочешь, — даже если это будешь ты? — хочется уточнить, что он понимает под своим «все». Но сдерживаю себя.
— Я — врач, сделаю все, что в моих силах, на остальное все воля Божья!
— А ты стань Богом, в твоих руках самое ценное, что у меня есть. Я никогда и никого не просил, а тебя прошу.
— Яр…
— Лена…
— Елена Сергеевна, мы вас ждем! — из операционной выглядывает анестезиолог. Секунду еще смотрю в глаза Яру, внутренне содрогаясь от страха. Сейчас на меня смотрел не человек, а самый настоящий хищник, смотрел опасно и внимательно, предупреждая, что за промах я расплачусь собственной жизнью. Страшно представить, что будет, если… Трясу головой и спешу в операционную.
Пока мою руку, не могу избавиться от липкого страха, что поселил во мне Яр.