А вот чудное видео того, как мой бывший жених наслаждается минетом в исполнении молоденькой медсестры отделения педиатрии. Видимо, ухватил сладенького, когда ждал меня с дежурства. Вот, и букет в руках до боли знакомый.
А со мной он ничего подобного не вытворял. Под одеялом. Без света и только ночью в позе бутерброда. Так, и комплекс неполноценности размером с солнечную систему получить можно.
- Я не очень хочу быть в курсе его жизни.
Рид кивнул и погасил экран. Смотреть на калейдоскоп приключений бывшего жениха было неприятно.
- Прости. Не подумал, что тебе может быть неприятно.
- Всем неприятно признавать свои ошибки. Я не исключение.
- Я понимаю, что ты нас совсем не знаешь. Поверь, я сам не ожидал, что так все обернется. Но должен тебя просить, дать нам шанс. Нам всем.
- Знаешь, Рид, - он по-прежнему сидел, чуть наклонившись вперед, - я не знаю, что у вас на уме. Но, это не страшно.
И уже в следующую минуту, этот самый палец был прижат к таким горячим губам, такого холодного главнокомандующего.
Рид Мрантек
Для общения со своей, теперь уже женой, Рид выбрал одну единственную тактику: «правда и ничего кроме правды». Кира росла в другой среде. У них разные взгляды на жизнь, на семью, на роли мужчины и женщины в обществе.
Самым сложным во всем этом было смотреть на нее и сдерживать себя. Кира старалась быть спокойной, рассудительной, логичной. Но ее желание пробивалось сквозь стену этой наигранной сдержанности, и его отголоски просто срывали ему крышу. Раз за разом, он вспоминал, что рано переходить в наступление и заставлял себя сосредоточиться на разговоре.
- Здесь уже давно только ты. – Прохрипел мужчина, прижимаясь губами к руке.
Глава 16. Никто не обещал, что будет легко
Кисад
Первый семейный ужин подарил Кисаду надежду на то, что у их странной семьи есть шанс на счастливое будущее. И даже его окончание было, по мнению мужчины, правильным. Киру увел Рид. Сейчас он был к ней ближе всех.