– Но разве он сейчас не в Кромвеле? – Я настаивала, как упрямый ребенок, хотя уже знала уродливую правду.
– Это невозможно, Валерия, – мягко улыбнулся здравник. – Господин Вудс уже много лет прикован к инвалидному креслу и никогда не выезжает за городскую стену.
Он потянулся к одной из деревянных рамочек, стоящих на столе, и повернул в мою сторону. На подкрашенной водными красками гравюре были изображены несколько мужчин в мундирах королевской здравницы, а в центре на деревянном инвалидном кресле сидел худой лысый человечек с ногами, накрытыми клетчатым пледом.
Мир замер.
В ушах зашумела кровь. Перед мысленным взором появилось красивое породистое лицо, ледяные глаза, крепко сжатые губы. В нашей мансарде жил Кайден. Конечно, он. Теория абрисских близнецов – полная чушь, а люди, в нее верящие, наивные идиоты."
"Почему я позволила себя обмануть?
Снова.
Тело охватывало оцепенение. В груди ныло, ломило руки и пальцы. В первый раз, когда мы расстались, меня мучила только обида, а теперь стало нестерпимо больно, как будто в сердце засела заноза, ведь Кайден появился в тот момент, когда я уже была влюблена в воспоминания о нем.
Профессор давал наставления, но смысл не доходил до моего сознания. Не вспомнила я и о том, что в приемной ждал Тин, и сильно удивилась, когда он вскочил с кресла, рассыпав по полу лежавшие на коленях бумаги. Не заметила и дороги домой. По инерции отвечала на вопросы, кивала, соглашаясь с планом ехать вместе к столичному профессору, тому самому, чьим именем назвался мужчина, разрушивший мой мир светлых рун и детских заблуждений.
«Прощай, Кайден».
«Прощай, Лера».
«Давай больше никогда не встречаться…»
Еще одна ложь.
В дверь постучались. С удивлением я обнаружила, что по-прежнему, как и на приеме в здравнице, одета в закрытое платье с белым воротничком, делавшее меня похожей на гувернантку, и мелко шинкую кочан салата. На очаге кипел почти готовый суп.
Снова раздался сдержанный стук. Отложив нож и вытерев руки о полотенце, я открыла, понимая, кого увижу.
Некоторое время мы смотрели глаза в глаза. Казалось, он догадался, что я уже обо всем знаю.
– Ты голоден? Я варю суп.
Он кивнул.
Пока я, едва не раня пальцы, кромсала салатные листья острым ножом, гость разделся.