Он уже понял, что я целиком и полностью завладел вниманием экипажа, точнее, частью его. Шлюпки, ушедшие к берегу, торопились обратно. Судя по всему, туда набились все, кто оставался на причале, ожидая своей очереди. Хорошо, что в гавани не было большой волны, иначе бриг потерял бы все плавсредства."
"— Давайте дождемся всех братьев, — предложил я, — чтобы по нескольку раз не мозолить язык. Заодно и выслушаю ваше мнение.
Матросы глухо заворчали, но согласились. Кто-то бросился к борту и стал усиленно размахивать руками.
На рейде пока сохранялась тишина. Берег опустел, а вот на соседних кораблях стояла суета. Например, мне хорошо был виден «Моллюск», где с экипажем сейчас вел беседу Эрик Рыжая Борода. Надеюсь, шкипер уломает свою команду. Да и почему бы пиратам отказываться от плана, пусть и безумного, но который мог разом принести в их карманы невероятное богатство? Эскобето в разговорах со мной утверждал, что страха у корсаров перед дарсийским «золотым караваном» нет.
Пока шлюпки подгребали к «Тире», я размышлял о том количестве кораблей, готовых встать под командование фрайманов. У меня пока не было точной информации, сколько же всего вымпелов есть у пиратской республики. Шесть флотилий обладали разным количеством судов, но если взять среднюю величину в восемь-девять кораблей, то имеем около шестидесяти экипажей.
Меня отвлек шум пиратской братии. Наконец, экипаж был весь в сборе. Многие с трудом понимали, почему я до сих стою живым на капитанском мостике, а не вишу вниз головой на рее. Паскаль снова рявкнул, чтобы все заткнулись.
— Говори, Игнат! — потребовали снизу.
— Через тридцать-сорок дней мимо нас проплывет набитый доверху золотом дарсийский караван, — повысив голос, сказал я. — Скажите мне честно, братья, как часто вы мечтали распотрошить брюхо жирных селедок и взять свое?
— Старейшины труса играют! — завопили пираты, потрясая руками. — Даешь золото!
— Я знаю, что королевский караван хорошо охраняется, и взять его почти невозможно.