Сияние

Они не ведают стыда, как и необходимости что-то скрывать.

Джек внимательно изучал свои руки. Уэнди взяла одну из них и сжала.

– Однако Дэнни чувствителен ко всему, что ему кажется неправильным. И главным здесь стала не его сломанная рука, а надлом – или трещина – в ваших отношениях. В разговоре со мной он упомянул о разводе, но не о сломанной руке. Когда моя медсестра обратила внимание на перелом, он просто пожал плечами. Он не придает тому случаю значения. «Это было очень давно…» – так, по-моему, он выразился.

– Нет, но каков мальчишка… – пробормотал Джек, стиснув зубы. – Мы его недостойны.

– Тем не менее он ваш сын, – сухо заметил Эдмондс. – И порой он убегает от проблем в мир своих фантазий. В этом нет ничего необычного, так делают многие дети. Помнится, когда я сам был в возрасте Дэнни, то тоже завел себе «невидимого друга» – говорящего петушка по кличке Чаг-Чаг. Естественно, никто не мог видеть Чаг-Чага, кроме меня самого. Старшие братья часто бросали меня одного, и тогда Чаг-Чаг приходился как нельзя кстати.

И конечно же, вы оба должны понимать, почему друг Дэнни носит имя Тони, а не Майк, Хэл или, например, Датч.

– Мы понимаем, – заверила его Уэнди.

– Вы пытались объяснить ему это?

– Нет, – ответил Джек. – А надо?

– Едва ли. Пусть он сам дойдет до этого логическим путем, когда настанет время. Видите ли, судя по всему, фантазии Дэнни значительно глубже и разнообразней, чем те, которыми обычно сопровождается синдром «невидимого друга».

Но это лишь дает нам представление, насколько Тони ему необходим. Вернее, был необходим. Тони являлся и показывал ему приятные вещи. Иногда поразительные. Но неизменно хорошие. Однажды Тони показал ему, где стоит потерянный папин чемодан – под ступеньками лестницы. В другой раз Тони предсказал, что папа с мамой повезут его на день рождения в парк аттракционов…

– В Грейт-Баррингтон! – воскликнула Уэнди. – Но как он мог узнать обо всем этом? Порой он немного пугает меня своими предвидениями.

Я иной раз начинаю думать, что у него…

– «Третий глаз»? – с улыбкой спросил Эдмондс."

"– Да. Ведь он же родился в сорочке, – сказала Уэнди уже не так уверенно.

Улыбка Эдмондса переросла в добрый раскатистый смех. Джек и Уэнди переглянулись, а потом тоже заулыбались, сами пораженные тем, как легко им говорить об этом. А ведь «странные догадки», которыми иногда удивлял их Дэнни, были еще одной темой, которую они старались обходить стороной.