Арбитражный суд, где должно было рассматриваться дело, был расположен на тихой улочке. Вокруг него росли мощные ивы, гибкие ветви которых свисали до земли. Деревья начали зеленеть. На улице было довольно тепло. Небольшой ветерок нежно перебирал уже распустившуюся листву. Солнце ласково светило с яркого, голубого неба. В такой день хотелось верить только в хорошее."
"Дело будет рассматривать судья Тепляков Станислав Петрович. С ним мне уже доводилось не раз сталкиваться. Ему 35 лет, он невысокого роста, полноватый, с лысеющей головой.
Нас проводили в зал судебного заседания. Со стороны ответчика пришел сам Филин, но не один. С ним был Зимин Евгений Николаевич. Это был довольно успешный адвокат. Но я была уверена в своих силах. После того, как в зал зашел судья, он изложил суть дела. Затем предоставил возможность сторонам аргументировать свою позицию. Как и следовало ожидать, Филин и Зимин стали напирать на то, что ныне покойный дядя Филина был невменяем, поэтому его договор со ""СтройГород"" недействителен.
Сам Филин от этих вопросов стал нервным, что было заметно. Зимин отреагировал спокойнее:
- Ваша честь, у нас имеются необходимые документы.
Тогда Тепляков обратился ко мне:
- У Вас есть что заявить по этому поводу?
- Да, Ваша честь. Я не возражаю против перенесения судебного заседания, но прошу Вас приобщить к делу справку из областной психиатрической больницы о том, что Нырков Павел Григорьевич не страдал психическими заболеваниями и на учете не состоял.
- Хорошо, - судья принял от меня справку и добавил, - Заседание переносится на 6 мая на 14 часов.
Судья вышел из зала, а затем и мы покинули суд. Что меня насторожило, так это взгляды, которыми меня провожали и Зимин, и Филин. Было в них какое-то затаенное торжество. Но меня успокоила мысль, что никаких документов они предоставить так и не смогли.
В назначенное время я приехала в суд, припарковалась, зашла внутрь и стала дожидаться, когда позовут в процесс. Ни Зимина, ни Филина еще не было.