Бет почесала ладонь, сожалея о пачке сигарет, которая только что была в этой руке, и оглянулась на хижину. Та слегка покосилась, металлическая крыша нависала с одной стороны сильнее, чем с другой. Возможно, этого было недостаточно, чтобы земля под ней оставалась сухой, но Бет не видела других вариантов.
Вернувшись к хижине, она услышала доносящиеся изнутри голоса.
– Я уже сказала, что нельзя, – от нажима слова Джилл прозвучали отрывисто.
– Я не спрашиваю у тебя разрешения.
– Не забывай свое место, милая.
– Нет, Джилл. Это ты открой глаза и хорошенько оглянись вокруг. Мы сейчас не на работе.
Пауза.
– Я всегда на работе.
Бет шагнула вперед и неожиданно пошатнулась, когда земля вдруг исчезла у нее из-под ботинка. Она тяжело приземлилась на руки, подвернув лодыжку. Посмотрела вниз, и поднимающийся у нее из груди стон превратился в крик, когда она увидела, куда упала.
Звук разлетелся по воздуху, заглушая птиц. Над хижиной повисло потрясенное молчание, затем в окне показались два лица.
– Все в порядке? – первой подбежала Лорен, за ней по пятам следовала Бри. Лица в окне исчезли, и через мгновение Джилл с Элис оказались снаружи. Бет кое-как поднялась. Упав, она разметала ветки с опавшей листвой, и под ними открылась неглубокая, но вполне заметная яма.
– Там что-то есть, – Бет услышала, как дрогнул ее голос.
– Что? – спросила Элис.
– Не знаю.
Нетерпеливо фыркнув, Элис шагнула вперед и провела ботинком по дну ямы, отметая листья. Женщины дружно подались вперед и почти мгновенно отпрянули. Только Элис не двинулась с места, глядя вниз. Даже неискушенный зритель не мог не понять, что это были за маленькие желтые штуковины, наполовину закопанные в грязи. Кости.
– Что это? – прошептала Бри. – Пожалуйста, скажите, что это не ребенок!
Бет потянулась к сестре и взяла ее за руку. Ее ладонь показалась удивительно непривычной.
Элис снова провела ногой по земле, очищая ее от остальных листьев. На этот раз она двигалась не так уверенно, заметила Бет. Носок ее ботинка зацепился за что-то, и оно отлетело через листья в сторону. Плечи Элис заметно напряглись, затем она медленно наклонилась и подняла это. Ее лицо застыло, а потом она издала тихий возглас облегчения.
– Боже, – сказала она. – Все нормально. Это всего лишь собака.