Неожиданно в голову пришла следующая неприятная мысль.
- Тогда почему его допустили к экзамену? Вы специально устроили так, чтобы Мэ... Мелёшин узнал о четверке?
- Не переоценивайте мои возможности, - хмыкнул весело Альрик. - Рядом с вами сидит злодей мирового масштаба, который подстроил совместное пребывание с Мелёшиным в последней ""пятерке"".
Мне стало стыдно за скоропалительное обвинение. Действительно, как было предугадать, что я поплетусь в хвосте сдающих и окажусь в одной компании с Мэлом?
- Извините.
- Принимается, - улыбнулся мужчина. - Мелёшина допустили к экзамену по ходатайству Генриха Генриховича при условии, что долги будут закрыты позже.
- Простите, - совсем сконфузилась я и кинула на Альрика виноватый взор. Действительно, нехорошо вышло.
- Бросая упреки в защиту Мелёшина, вы упустили из виду одну немаловажную деталь, - сказал профессор и, заметив мою озадаченность, пояснил: - А именно фотографии, которые занимают место в ящике стола в лаборатории.
Я не ответила, кусая губы. Молчание - знак согласия.
Фотографии успели вылететь из головы, уступив место прояснению отношений с Мэлом, а ведь увесистая пачка кадров стала катализатором его ярости.
- Целью компрометирующих материалов имелось развести вас и Мелёшина в разные стороны. По-прежнему рассчитываете встречаться с ним? - задал неожиданный вопрос мужчина.
Я смущенно пожала плечами. За меня ответили пылающие щеки.
"- Я не вправе давать советы, Эва Карловна, но у меня имеется кое-какой жизненный опыт. Прошу выслушать нижеследующие размышления и принять правильное решение, - продолжил Альрик бесстрастным тоном ученого. - Рассмотрим вариант, когда Мелёшин успокоится и выслушает ваши оправдания. В случае примирения заказчик снимков вновь приложит усилия, чтобы расставание с Мелёшиным случилось раз и навсегда - кому нравятся холостые выстрелы? Возможно, на этот раз дело не ограничится фотографиями, и в вашем жилище установят жучки.