После сладких потягиваний и зевков народился первый вопрос: ""Почему не разобрана постель?"" А следом возник и второй: ""Откуда на мне сапоги и два свитера, причем верхний надет задом наперед?""
Вопросы сдуло, и начали всплывать - неспешно, как медузы к поверхности моря - подробности экспромтного преступления. Того самого, которое удалось. Которое не планировалось тщательно и не разрабатывалось поэтапно, но закончилось результативно, несмотря на очевидный прокол с плутанием. Виват мне, неуловимой преступнице!
Утренний душ взбодрил, подняв настроение.
"Идти или не идти к Альрику? Покажу разукрашенный палец, и мужчина начнет допытываться, выясняя причину вылезшего ""колечка"", или затеет новый виток обследований.
К чему усложнять позитивно стартовавший день? Дома у профессора ниточки звеньев тоже проявились, а потом благополучно исчезли, когда я успокоилась.
В конце концов, я махнула рукой. Не пойду к Альрику.
Сборы в институт сопровождались незатейливым мотивчиком, намурлыкиваемым под нос. Вырезка из журнала заняла место под подушкой, щедро взбитой и поставленной треугольным парусом. Расправив складки на покрывале, я полюбовалась делом рук своих.
С утра мысли о Мэле отступили на второй план, их отодвинули свежие впечатления о ночной авантюре. Правильно говорят, клин клином вышибают: чтобы не думать об одном, нужно загрузить мозг чем-нибудь другим.
Всё-таки ловко я придумала - использовать смежную дверь между лабораториями. Оказалось, совсем нетрудно обратить себе во благо полезную информацию, полученную от лаборанта.
Заподозрил ли Ромашка взлом? Если заподозрил - а нюх у препода двухсотпроцентный, - то ему не составит труда понять, откуда ветер дует, то есть каким манером вор пробрался в лабораторию.