— Это я так развлекаюсь. Не переживай, не буду я его трогать — как я могу ударить самоцвета из дружественного нам Дома ни за что? Хотя, конечно, за дерзкий язык можно было бы отвесить пару подзатыльников.
Не знаю, чем бы в конце концов закончилась эта беседа, но из клуба вышел Егор.
— Проходите, вас ждут.
Честно говоря, это было очень вовремя, а то я уже начал переживать, что дело миром не закончится. Никита не раз жаловался, что у Насти есть такая чудесная способность, как поиск неприятностей на свою задницу.
Удивительное дело, но внутри «Клякса» была неуловимо похожа на «Шхуну». Может быть дело в добротной деревянной мебели, может быть в освещении, может быть еще в чем-то, но ощущение от этого места было схожим. Разве что стены и перегородки между столами здесь были выложены из камня. В огромном общем зале было практически пусто. Воздух был тяжелым, чувствовалось, что здесь часто и много курят, по-видимому вампиры не утруждали себя такими банальными общепринятыми нормами, как запрет курения в общественных местах.
"Внутри нас встретила симпатичная улыбчивая девушка в очень короткой юбке и лифе, которые были пошиты из латекса. С учетом ее отличной фигуры, выглядела она просто отлично. В этот момент Никита посмотрел на меня и подмигнул — ну да, теперь я понимаю его, это место мне и в самом деле нравилось.
— Пойдемте со мной, я провожу вас к Тимуру, — сказала она и пошла вперед сексуально покачивая бедрами.
Я мог бы сказать, что пока мы шли я с интересом рассматривал интерьер клуба, но это было бы враньем — весь путь с первого на второй этаж, я только и делал, что с огромным интересом пялился на задницу молодой вампирши. На втором этаже было несколько отдельно стоящих столов, которые были окружены огромными широкими диванами. За одним из столов сидели Виктор, Ольга и вампир с узким бледным лицом и черными длинными волосами. Вампир был одет в черную футболку и черные кожаные штаны, а его глаза были подведены черным.
Как только мы поприветствовали своих друзей, вампир встал и указал рукой на диван:
— Присаживайтесь, — голос у него был неожиданно низким и грубым, совсем не таким, которого ждешь от человека его сложения.