Я месяц пробыл в этом жутком месте, и… – он делает паузу, потирая темную бровь, и едва заметная улыбка скользит по его губам. – В общем, я не хочу быть мудаком, Лорен, но, если ты не хочешь слушать меня, я им буду.
Я с такой силой стискиваю руль, что мои костяшки становятся белыми, как стенка.
Урод! Урод! Грёбаный урод!"
"Представляю, как со всей силы толкаю Фостера, и его тупая башка разбивается об окно. Это немного успокаивает, но всё равно недостаточно, чтобы говорить. Если я открою рот, то закричу или покрою засранца самым отборным матом.
Поэтому я завожу двигатель, и мои руки при этом предательски дрожат. Фостер удовлётворенно усмехается, опускает очки на глаза и откидывает голову на подголовник.
Вот же сраный день!
***
– Ради этого стоило ехать в Санта-Монику? – не удержавшись, спрашиваю я, наблюдая, как Кейд Фостер поглощает огромный чизбургер.
Я немало удивилась, когда оказалось, что место, в которое он так стремился – это всего лишь закусочная на колёсах, расположенная на пирсе.
Возится с рокером, который явно страдает звёздной болезнью – удовольствие весьма сомнительное.
– Ты просто никогда не пробовала чизбургеры от Тито, – он дёргает плечом, расслабленно развалившись на стуле. В целях маскировки Кейд натянул чёрную толстовку, набросив капюшон на голову, и его лицо наполовину всё ещё скрывали очки. Я думаю, что, если бы проходящие мимо девушки знали, кто находится рядом с ними, тут было бы шумно и небезопасно.
Фанатки порой могут быть страшнее стихийного бедствия.
Я решаю ничего не отвечать на это, обхватываю губами соломинку, потягивая свой холодный чай.
– Выглядишь хреново, – замечает Фостер с набитым ртом, а я вздыхаю и поднимаю глаза к небу – Господи, дай мне сил не убить его!
Я уверена, что у него много поклонниц, но все они должны быть безнадёжно разочарованы, как только он раскрывает рот. Не на сцене. Тут стоит признать – поёт он великолепно.