Вылетаю из кабинета, не иду проверить малышку, что лежит и спит. Пусть. Дальше я уже со всем разберусь.
**
Я влетаю в подъезд дома, не замечая идущего навстречу мужика. Чуть не сшибаю его с ног, толкаю в плечо и слышу доносящийся до меня крик:
– Ты охренел?! Смотри, куда идёшь!
Не могу. Никого не вижу.
Только одно дерьмо маячит. Раздражает меня и действует как красная тряпка на быка.
Быстро поднимаюсь до нужного мне этажа. Подхожу к двери, достаю ключи. Хорошо, что в прошлый раз при посещении этой квартиры Илья додумался взять слепок.
Быстро проворачиваю ключ в замке. Нетерпеливо распахиваю единственную преграду, зная, что эта тварь здесь.
Прохожу внутрь. Тихо, еле сдерживая себя.
И нахожу его там, где и ожидаю.
Стоит у шкафа, быстро закидывает вещи в сумку.
Свинтить решил?
Не получится. Я его с землёй сравняю. И плевать мне будет на его отца, с которым у нас были хорошие деловые отношения. Были. Теперь нет. Его сынку не жить.
Я им это обоим обещаю!
От вида его спины ярость мощным потоком обрушивается.
"Подлетаю к нему со спины, дёргаю за майку. Он, ничего не понимая, оборачивается, падает на меня, оступившись. Я уже заношу зудящий кулак, желая разбить ему лицо. Мало тогда было, мало! Нужно ещё!
И бью. Всё в удар вкладываю.
Боль. Гнев. Злость.
Падает на пол. Жуткое удовлетворение пронзает всё тело. И я хочу ещё. Снова и снова бить его, да только… не поможет.
– Ты охренел? – выпрямляется, сплёвывает кровь, а я хватаю его за грудки и одним резким движением вбиваю в дверцу шкафа.
– Это ты охренел, Тихомиров, – чеканю каждое слово. – Ты бросил нуждающуюся в медицинской помощи девушку. Одну. Из-за тебя она потеряла ребёнка!
Нет. Не из-за него. И я это прекрасно знаю. Но эти слова сами рвутся наружу.
Пытаюсь скинуть вину на него, потому что до сих пор не могу принять тот факт, что она больше не беременна.
Я виноват.
Принимаю это и истерично ищу виноватого, хотя мне достаточно посмотреть в зеркало – и я его увижу.
Искать не нужно.
– Зачем? – хриплю, тяжело дыша. Нельзя его убивать – слишком легко отделается. – Из-за какого дерьма ты к ней привязался?
– Из-за тебя, – улыбается до белых зубов, которые окрашиваются в красный из-за льющейся из носа крови. – Ты всегда бесил. Успешный весь такой, сам всего добиваешься.