Пэтти познакомилась с ним на студенческой вечеринке. Стэн приехал в ее колледж из Нью-Йоркского университета, где был студентом-стипендиатом. Представил его их общий друг, и к концу вечеринки у нее мелькнуло подозрение, что она влюбилась. К началу зимних каникул Пэтти уже не сомневалась на этот счет. Весной Стэнли подарил ей небольшое бриллиантовое кольцо с продетой в него маргариткой, и Пэтти приняла предложение Стэнли.
В конце концов, несмотря на все колебания и волнения, родители дали согласие на их брак.
— Я буду содержать этого пройдоху до самой смерти, — сказал как-то вечером отец Пэтти; она слышала эти слова. Родители ходили в гости обедать, отец вернулся домой подшофе.
— Тише! Она услышит тебя, — сказала Руфь Блюм.
Пэтти не спала до рассвета — лежала в постели. В глазах не было слез, ее бросало то в жар, то в холод. Она ненавидела отца и мать. В последующие два года она пыталась избавиться от этой ненависти, но в душе у нее к тому времени накопилось слишком много злобы и ненависти.
Его родителей в равной степени тревожила эта женитьба. Они, конечно, не верили, что Стэну суждено прозябание в нищете, но полагали, что «дети немного поторопились». Дональд Урис и Андреа Бертоли сами поженились рано, еще в начале двадцатых годов; похоже, они забыли об этом.
"Один Стэнли, казалось, был уверен в себе и будущем и не хотел замечать рифов, которые видели на пути «детей» родители. И в конечном счете его уверенность в будущем, а вовсе не страхи родителей, оправдалась. В июле 1972 года, не успели еще высохнуть чернила на дипломе, Пэтти получила работу — преподавать стенографию и английский деловым людям в Трейноре, небольшом городке, находящемся в сорока милях к югу от Атланты.