– Ты знаешь, где искать? Тут можно перебирать книги месяцами, пока не найдем нужную!
– Для подобных случаев есть заклинания поиска по ключевым словам, – отозвался Джар. – Хотя с магическими книгами это зачастую не работает, поэтому придется искать по названиям. Но сейчас нас интересует нечто определенное.
– М?
– Закрытая секция, – подмигнув, ответил Джар и потянул меня дальше, между стеллажами.
– Разве у некоего Джозефа Крудса есть доступ к закрытой секции?
– Конечно, нет.
Джар озорно улыбнулся. Кажется, мы куда-нибудь влипнем!
– Разве не нужно сначала поискать здесь?
– Нам нужны экземпляры пятисотлетней давности. Для людей это достаточно большой срок, поэтому такие книги не хранятся в общем доступе – боятся, что они будут навсегда утеряны. Так что здесь нам ловить нечего.
– А о переиздании тут не слышали? – спросила я. – Ведь можно перепечатывать старые рукописи.
В этот момент мимо нас прошли два мужчины в темных мантиях, увлеченно о чем-то споря.
– Всё так, – кивнул Джар. – Вот только при переиздании меняют исходные данные, которые мне очень нужны.
– Для этого мы будем вламываться в закрытую секцию? Джар, ты советник императора! Мне ли учить тебя дипломатии? Ты бы мог написать официальное прошение в министерство образования Дартании или сразу королю о предоставлении сведений об одной конкретной картине.
– Сейчас у Дракмара не самые лучшие отношения с Дартанией, – поморщился Джар, остановившись у последнего стеллажа, стоявшего вплотную к стене, и наклонился ко мне, прошептав едва слышно, хотя я была уверена, что вокруг нас еще и дополнительно висит полог тишины: – Мы подозреваем принца Дартании в разжигании войны между нашими державами.
– Это серьезно.
– Более чем, – согласился Джар и потянул меня вперед.
Подойдя к стеллажу, он огляделся: поблизости как раз никого не было, после чего надавил на три книги в определенной последовательности.
Перед нами была винтовая лестница, ведущая вниз. Стеллаж позади встал на место, и мы с Джаром остались вдвоем на первой узкой ступеньке. Красноволосый возвышался надо мной, при этом его глаза полыхали в темноте бушующим огнем.