Но нахрена ему я сейчас?! Что поменялось? Ладно, папанька пытался бизнес с папой объединить, а сыну зачем такой союз? Как-то странно все это. И что он Дональду на ухо сказал? Вот жаль, что я далековато стояла и не услышала. Дэми так сильно держал меня, закрывая собой, что я боялась за его моральное спокойствие и не шевелилась.
Но Мишка был крут! Он готов был всех порвать, у меня аж дыхание перехватило, когда Дэми рванул на Дрэйка. Тело свело жарким желанием. Да, в такой момент, но мой суперский телохранитель сумасшедше сексуален, и я его вечно хочу.
Даже сейчас, когда мы едем в машине с отцом и каждый смотрит хмуро в свои точки «Никуда».
Хоть и было тоскливо после похорон, но мне хотелось развеяться. И срочно. С Эвелин я особо близко не была знакома, потому не испытывала той боли от потери, как была после смерти Оливии. Сестренка Прэскота училась в закрытой школе и на семейные праздники приезжала редко. В общем-то, вся семейка Дрэйк была – тот еще сюрприз в квадрате.
В конце концов, Дрэйк отвалил. Когда он стал угрожать мне убийством и принуждать к браку с Прэскотом, я не просто впала в ступор, но и запаниковала. Знаю, на что способны люди его уровня, знаю, на что способен мой отец, чтобы защитить меня, но и чтобы отомстить за меня. Стоит чиркнуть спичкой – будет война между семьями, и тогда пострадают многие."
"Хорошо, что папа сел впереди. Он будто хотел уединиться, спрятаться от наших глаз. Вечно он так – моя черепашка с алмазным панцирем, но его жесткий взгляд и категоричность говорили об одном: он всегда стоял за меня горой, а этот брак с Прэскотом… Сложно сказать, что его толкнуло на это шаг, мне сейчас разбираться не хотелось, а хотелось… есть!
– Потапыч, – шепнула я, когда мы выехали из дорогого поселка, – я голодна.
Дэми посмотрел на меня очень туманно. Медленно во взгляде его появилось понимание, будто издалека вернулся. Улыбнулся так растерянно, по-детски, что сердце защемило:
– Не наелась? – Улыбка его растаяла.
Он задумался, легонько перебирая кончиками пальцев по моему колену.
– Куда тебе хочется, – я перехватила его руку и сплела наши пальцы. – Куда-нибудь, где можно уединиться, – лукаво ему улыбнулась, – и поговорить по душам.
– Уединиться? – Взгляд его тревожно мазнул моего отца.