«Станция управления и подзарядки улья, — ответил мой дрон. — Конкретные данные по модели в базе данных отсутствуют».
Я нашел контейнер для скоропортящихся органов и быстро провернул сложную операцию: не быть укушенным и успеть закрыть крышку, прежде чем «оса» попытается свалить. В банке дрону не понравилось, крылья смялись, он несколько раз попытался ткнуться головой о стенку. Но потом притих, скатившись на донышко.
Посмотрел, где остальные. Первого, отбитого рукой, нашел в снегу под ногами. Из треснутого тельца торчали обрывки проводов, а вокруг растеклось пятно красного цвета — остатки яда, часть которого он успел-таки всадить мне в броню.
Поодаль валялся еще один, примерно в таком же состоянии, как и первый. Того, что сбила Искорка, найти не смог, только несколько красных капель на снегу, указывающих направление его полета.
Из двери будки больше ничего не летело, так что я открыл ее пошире и заглянул внутрь. Почти настоящий шкаф с тремя отсеками, разделенными буквой «Т».
Верхний напоминал соты, большинство ячеек которых были пустыми.
Начал с сот и насчитал пять линий, по восемь штук в каждой. Только в трех сейчас в каком-то анабиозе находились «дрончики». Периодически мигала подсветка, состоящая из зеленых полосок. Один в один, как раньше, на телефоне изображали индикатор батареи. Одна «оса» было полностью разряжена, две другие уже подзарядились больше, чем наполовину.
Вытащил ближайшую из ячейки. Дрон тут же замигал красным и, видимо, выдал какое-то ругательство в виде символов, отобразившихся на маленьком экране на брюшке.
— Взломать сможешь?
«Вероятность взлома без кодов доступа крайне мала, — ответил дрон. — Потребуется время».
— Давай, я пока все осмотрю.
Посветил фонариком в каждую ячейку, найдя там лишь нечто похожее на разъем для заряда. От которого по границам ячеек шли провода вглубь шкафа.
Немного повозился с символьным замком и вскрыл левый нижний отсек, в котором стоял небольшой монолит странной формы.
Монолит «работал» — активно накапливал энергию.