От нее отчетливо исходил запах дерева, но это и понятно, ведь конверт столько времени пролежал в шкатулке. Дальше было интересней. Где-то глубже отчетливо улавливались… Эмоции?! Что-то холодное и безнадежное впиталось в письмо, будто писавший его был сильно напуган. Странно, но страх ощущался сладковатым ароматом и даже притягивал к себе. Мне определенно нравился этот запах. Вкус-с-сно…
«Прекрати! – раздался голос дэйурга. – Не смей! Еще совсем дура, а все туда же! Только родилась, а лезешь куда не надо! Положи конверт, Эм», – уже спокойнее сказал Каа’Лим, поднимаясь с пола и подходя ко мне.
Я с неохотой опустила конверт на поверхность тумбочки, одновременно ловя себя на мысли, что мне не нравится, когда мне указывают. А особенно не нравится, когда отбирают то, что так вкусно пахнет?!
«Тише, девочка. Дыши и постарайся успокоиться», – как-то чересчур осторожно заговорил дэйург.
– Чего испугался, блохастый? – стараясь придать своему голосу как можно более беззаботный тон, спросила я.
Конечно, дэйурга было не провести подобной уловкой, но все же попытаться стоило.
Вопреки моим ожиданиям, в коробочке, помимо письма, было и еще кое-что. В специальной выемке лежал крошечный серебристый серп. Металлическая поверхность красиво блестела в солнечных лучах, а я буквально перестала дышать, засмотревшись на него.
– Что это, Каа’Лим? – восторженно спросила я.
«Это игнис, Мара. Возьми его в руку, пусть он признает тебя», – тихо, почти шепотом проговорил дэйург.
Воспротивиться желания не возникло, и я с нескрываемым трепетом потянулась к этой маленькой, но столь притягательной штучке. Как только игнис оказался у меня на ладони, по металлической поверхности побежали маленькие серебристые искорки, а сам серп стал теплым. Тут же металл словно ожил и пришел в движение, теряя форму и стягиваясь в маленький упругий шарик.
Как завороженная, я, не отрываясь, следила за происходящим. Внутри маленькой полупрозрачной металлической сферы продолжали мерцать искры.