Вебер слабо мотнул головой, не соглашаясь с тем, что свет может течь. Пригляделся. Что это? Фосфоресцирующий мох на скалах? Какие-то местные грибы, ухитряющиеся расти прямо на голом граните? Интересно, чем они питаются? Кремнием стен? Пылью древних эпох?
Капитан хотел пошевелиться, чуть изменить позу, и тем самым будто повернул некий «переключатель» в собственном организме. Боль нахлынула волной – она явилась сразу же, как только человек обозначил движение, показал скалам, что еще жив, не сдался и не умер.
Боль. Дергающая, жгучая, резкая. Сильнее всего полыхало в груди, возле сердца, и в горле, справа под скулой. В других местах тоже саднило, да, но там – иначе. Там боль была какая-то тупая, ноющая, тянущая. А вот грудь и горло...
Что там? Серьезные раны? Вебер хотел приподнять руку, осторожно дотронуться до горящих мест, и лишь тогда различил черную бесформенную тень, которая поползла к нему от стены. Что-то холодное и склизкое прижало его ладонь к камням – Вебер почувствовал это.
Послышалось какое-то резкое щебетание, и Вебер округлил глаза. Он сходит с ума? Аморфные призраки способны издавать звуки?! Капитан хотел повернуть голову, приподняться, чтобы посмотреть повнимательнее, но именно в ту секунду еще две тени отделились от скал, только не справа от Руди, а слева, ближе к ногам.
Ничего удивительного, все в порядке – Вебер перестал волноваться. Конечно, это бред. Или галлюцинации. Человек не может выдержать столько потрясений. Вернее, тело может, но мозг, который отвечает за все и принимает на себя боль тела, – начинает отказывать.
Руди интуитивно почувствовал: черные аморфные существа – особи женского пола. Ведьмы? Может, и так. Веберу было безразлично, он просто разучился мыслить логически, принимал все происходящее как должное.