А в тебе не было ни капли надежды – ты все знал точно, до последнего шага. И пошел...
– Во мне жила боль. Боль за мой род. Это важнее смерти.
– Ты видел будущее, Уарн, но не сказал нам ни слова.
– Будущего нет, Кирилл. В природе все без конца повторяется, круг за кругом, бесконечно. А людям так легче – верить в чудо. Надеяться на него, вопреки разуму. Я не имел права лишить вас веры...
Соболевский кивнул. Он понимал логику Уарна. Это выглядело очень по-человечески.
…Было чудовищно трудно без бортового комплекса рассчитать траекторию так, чтобы угодить именно в выбранную точку на поверхности астероида.
– Если ты видишь… – Человек прищурился, покусал губу, проверяя расчет. – Если там действительно новый виток... У меня будет ребенок? Правда?
– Да. Сын. Если хочешь... – Гном запнулся, уши взлетели вверх и опали. – У меня осталось немного энергии. Она теперь не нужна. Я могу передать твоему сыну.
– Передай... – И вновь Кирилл не справился с лицом, даже подумал о том, что людей с дроглами объединяет нечто гораздо большее, чем это кажется на первый взгляд. – Передай, я очень люблю его... А еще попроси, чтобы простил меня. Простил за то, что я сейчас делаю. Ведь я поступаю так потому, что люблю его. И его маму... У меня нет другого пути. Нет выхода, понимаешь? Нет вариантов.
– Понимаю. Ты прав. Нет другого выхода. Мы делаем то, что нужно. Он поймет, когда вырастет. Он сумеет простить и тогда захочет брать с тебя пример.
– Правда? Мы на верной дороге?
– Да.
– Ну, и слава богу...
Теперь разогнавшийся корабль не смогла бы остановить никакая вереница шаровых молний: «Москит», выведенный на форсаж, приближался к точке пространства, куда должен был приползти астероид. Чертов кусок камня, в скальной толще которого упрятана система, мешавшая людям увидеть фринов.
– Все-таки мы нашли их, Женька... – горько усмехнулся Соболевский. – Нашли!!!
Пилот разведывательного корабля привстал с кресла, подался вперед – навстречу огромному куску камня, до встречи с которым оставались считаные секунды. Дрогл сполз с противоперегрузочного ложа, засеменил к человеку. Обнял Кирилла за ногу маленькими ручонками, совсем как ребенок, прижался всем телом.