Блондинчик и брюнеточка. Ты их знаешь?
– Нет. Надо будет у Лизочки спросить, кто это.
Наверное, глаза у меня полезли на лоб. А Влад услышал разговор девушек и ободряюще улыбнулся мне:
– Ты самая красивая здесь. Правда. У тебя необычные глаза, цвета расплавленного горького шоколада.
Эти же девушки услышали довольно громкие слова блондина и умилились вновь. И не только они – на нас повернулись еще пара человек.
– Спасибо, – смутилась я немного. Пока еще я не сильно уверенно себя чувствовала и старалась не упасть с этих высоченных каблуков – вот смеху-то будет.
– Если что – я рядом, все будет хорошо, – понял мою проблему парень и предложил мне не ладонь, а локоть, чтобы я придерживалась за него.
– Добро пожаловать, – приветствовали нас встречающие ребята в униформах. Рядом с ними стояли корзины с розами всех цветов.
Нам с Владом, как паре, протянули по красивой красной полураспустившейся розе, на стеблях которых отсутствовали шипы. Нинке – шикарную белую, усыпанную золотистыми блесками.
– Приятного вечера, господа. Хозяйка дома ждет ваших поздравлений в большом танцевальном зале, – говорили «дворецкие», улыбаясь, – туда вы можете попасть, пройдя в первую правую дверь от холла. Программа вечера вас порадует своею насыщенностью и роскошью.
– Спасибо, – отвечал им вежливый Влад. И как только мы оказались за порогом, он остановил меня и, следуя чутким указаниям Нины – быть моим парнем, вдруг решительно взял из моих рук красный цветок, обломал стебель и вставил розу мне в волосы.
– Тебе идет красный.
– Спасибо.
– Где вы там? Давайте быстрее, – обернулась на нас Нинка и почему-то заулыбалась.
– Что? – спросила я ее, разглядывая между тем украшенный живыми цветами полутемный холл, освещенный нежно-голубым светом, скользящим по всему периметру помещения. Хорошо тут все продумали дизайнеры! Атмосфера романтики и даже сказки витала везде, задевая своими крыльями и гостей.
За народные деньги еще и не такое продумать можно! За такие бабки тебе даже тролли около крыльца джагу-джагу спляшут и «Калинку-Малинку» споют.
– Хорошо смотритесь, – шепнула нам Нинка, сияющая, как луч солнца.
– Стараемся, – отвечала ей я.