— Нет, он мой pomme de sang.
Ричард снова попытался качнуть головой и снова вынужден был остановиться. Вряд ли он сам знает, сколько раз он уже сегодня делал это движение.
— Я думал — все мы думали, что он у тебя просто живёт, но теперь я знаю, что ошибся.
— Он действительно у меня живёт, — сказала я.
Ричард снова начал качать головой, но сумел поймать себя на этом раньше, чем действительно сделал движение.
— Это я знаю, но он же не любовник, который живёт у тебя в доме.
— И почему это важно?
— Дети, не ссорьтесь, — попросила доктор Лилиан.
— Меня ты не обидела, — сказал Натэниел и протянул ей кофе в цветной чашке, из тех, что мы купили для собраний Мохнатой Коалиции.
Он считал, что хорошо бы нам иметь много однотипных чашек, чтобы подавать гостям кофе. Я согласилась с условием, что не мне за ними бегать по магазинам, так что он бегал сам.
Мне он подал мою чашку в виде пингвиненка, налитую почти до краёв, и такого цвета, как я люблю — светло-коричневый. Уже по цвету я знала, что кофе превосходен.
— Пей, — сказал он. — Тебе после кофе станет лучше.
— Мне и так хорошо, — ответила я, но кофе взяла и пригубила. Отличный.
И кофеварку он тоже притаранил. Я была права, что французская «экспресс» слишком мало даёт кофе за раз на такое количество народу.
— У нас тут ещё на одну чашку хватит, хочет кто-нибудь? Это минутное дело.
Он улыбался всем вообще, доставая из ящика синие и зеленые кружки.
— Он так себя ведёт, будто это его кухня, — сказал Ричард."
"— Он больше меня здесь готовит, — ответила я.
Ричард сделал видимое усилие, чтобы не покачать головой, хотя ему очень хотелось.
— Нет, я не в том смысле… вот Джейсон — pomme de sang у Жан-Клода, но никогда он так вот по «Цирку Проклятых» не ходит.
Натэниел стоял к нам спиной, но достаточно близко, чтобы я ощутила, как он напрягся, наливая кофе и делая вид, что не слышит.
— А он и есть дома, — сказала я.
Натэниел был так близко, что я расслышала тихий вздох, затаённое дыхание, будто он ждал, что я скажу. Он старался не смотреть на меня, но улыбался, когда заваривал кофе.