То, что раньше мне это и в голову не приходило, без сомнения доказывало, что иногда я не слишком хорошо понимаю окружающих меня мужчин.
— Но перед тем, как приступим к делу, мне надо эту дрянь с себя смыть. Она уже осыпается хлопьями, и мне просто противно.
— Наверное, это даст нам время сменить простыни, — сказал Жан-Клод. Он прикоснулся к высыхающей, покрытой коркой простыне. — Никогда не видел кровати, на которой перекинулся больше чем один оборотень. Как это говорится, это бардак.
Обычно он по-английски говорит лучше.
— Я помоюсь быстро, — сказала я, направляясь к дальней двери.
— Если бы в душ шёл он, — Ричард ткнул большим пальцем в сторону Жан-Клода, — я бы не поверил, но тебе верю.
Это замечание заставило меня задуматься, сколько же времени проводил Ричард с Жан-Клодом, когда меня рядом не было.
— Мы будем здесь, когда ты выйдешь, ma petite. Надеюсь, что кровать тоже приведут в порядок.
Он смотрел на кровать с таким выражением лица, будто сомневался, что её можно привести в порядок.
— А почему не пойти к тебе? — спросил Ричард.
— У меня в кровати Ашер. Он сейчас мёртв, а ma petite к этому относится неспокойно.
— Неспокойно, — повторил Ричард. — Можно и так назвать.
Голос у него был не очень довольный, и я подумала, был ли какой-нибудь инцидент между ним и Ашером, о котором мне следует знать. Нет, наверное. Не моё дело.
Мне пришлось вернуться к кровати и нашарить кобуру с пистолетом под подушкой. Я помахала кобурой ребятам:
— Не хочется мне, чтобы это спустили в прачечную.
Жан-Клод показал мне рукой на ванную:
— Иди в душ, ma petite, мы будем готовы, если ты не слишком поторопишься.
«Мы», сказал он, будем готовы. Мне что, не хватает этих «мы» в моей жизни?
Я пошла в душ, оставив их обсуждать, выдержит ли кровать и не лучше ли просто снять матрас на пол. Только когда я закрыла за собой дверь, возникла мысль, зачем для этого обязательно нужна кровать. Жан-Клод может питаться от Ричарда, просто посадив его на пол.