Дерри присматривал за комнатой, держа оружие вроде как наготове, но тщательно следя, чтобы не направить его на нас. Приятно работать с профессионалами.
Под столом лежал продолговатый цилиндрический предмет. Чёрный от засохшей крови. Так плотно покрытый коркой, что я не сразу могла сказать, что это, как на абстрактной картине, когда вдруг все становится на место, и понятно, на что смотришь. Я тяжело сглотнула слюну, подавляя приступ тошноты. Медленно вдохнула через нос и так же медленно выдохнула ртом. Голос мой прозвучал странно даже для меня, когда я сказала:
— Бутылка.
— Бог ты мой, — произнёс Мендес. При этом он случайно нажал кнопку, очевидно, потому что Хадсон его услышал.
— Мендес, в чем дело?
— Простите, сэр, только… Господи Иисусе, какая страшна смерть!
— Мендес, спокойно.
— Она умерла не от этого, — сказала я и встала.
Мендес двинулся за мной. Глаза его блестели сквозь отверстия маски.
Я показала рукой на её шею, на груди, на руки.
— Они её высосали насухо.
— До того? — спросил он вроде как с надеждой.
Плохой признак, если полицейский просит тебя ради бога сделать это не так страшно, как выглядит.
Я покачала головой.
— Но множественные укусы означают, что она мертва, вампиром быть не может. Тело проверено, ребята. Могу я встать в строй, или меня навсегда назначили нянькой?
Дерри двинулся к кухонной двери. Приятно видеть, что не я одна хочу уйти отсюда. Я пошла за ним, Мендес в арьергарде. Я бы сама пошла сзади, но никто не жаловался. Так что я осталась на своём месте.
Женский крик звучал высоко и пронзительно из глубины квартиры. И сопровождался он звуками скорее животными, нежели человеческими. Густые, влажные, сосущие звуки. Вампиры жрали, и Дон Морган была ещё жива. И мы сделали единственное, что могли — бросились в коридор.
Глава семьдесят восьмая"
"Была полная темнота, которую прорезали только качающиеся лучи фонариков сзади и спереди. Поскольку у меня света не было, они лишили меня ночного зрения, а видеть не помогали. Дерри через что-то перепрыгнул, и я глянула вниз, увидев в коридоре тела. Глянув, я споткнулась о третье тело. Успела только отметить, что один был наш, остальные — нет.