Большие голубые глаза? Куда ж без них.
Длинные ноги, пухлые губы и большая грудь? Все при ней уже в шестнадцать лет.
Короче, полный комплект. На месте сводного брата я бы не раздумывая полезла к ней целоваться. Блин, да я и сама была не прочь.
От этой мысли я закусила губу. Да, я могла бы быть лесбиянкой, наверное, если бы мне этого захотелось.
Хотя нет, забудем об этом.
Поэтому я никак не могла понять, почему Мэдок и Джаред терроризируют ее, вместо того чтобы звать на свидания.
Все же мне было интересно, чем закончится эта история.
Только вот я ее едва знала. А Татум и вовсе не подозревала о моем существовании. Мы были такими разными, что я просто не попадала в ее поле зрения.
– Почему? – ответил Джаред вопросом на вопрос и с наглым видом подошел к ней практически вплотную.
Тэйт моментально выпрямилась, и из ее глаз наконец хлынули слезы.
Да врежь ты уже ему по яйцам!
Я была в ярости. Выдохнув, я поправила очки на переносице. Это всегда помогало взять себя в руки.
Тэйт покачала головой.
– Ты даже не помнишь, какой сегодня день, так ведь?
Она прикусила дрожащие губы и опустила взгляд в пол.
Я не видела ее глаз.
Она развернулась и ушла, даже не взглянув на Джареда. Ей было проще простого его ударить, ответить оскорблением на оскорбление.
И пусть я презирала ее слабость, но уяснила одну вещь, которую не понимала раньше. Джаред был ослом, но мог задеть ее за живое.
Да она же влюблена в него.
Скрестив руки на груди, я направилась к шкафчикам. Туда, где Джаред с Мэдоком провожали взглядами удаляющуюся Тэйт.
Мэдок заговорил первым.
– Что это значит: какой сегодня день?
Джаред только пожал плечами в ответ.
– Понятия не имею, о чем она говорит."
"– Сегодня 14 апреля, – встряла в разговор я, оказавшись у Мэдока за спиной. Ему пришлось обернуться. – Тебе это о чем-нибудь говорит, идиот? – обратилась я к Джареду.
Мэдок посмотрел на меня и поднял светло-русую бровь. В его взгляде появился намек на улыбку. Джаред повернул голову ровно настолько, чтоб я могла видеть его профиль.