— Тоша, я вам там с Марленушкой перекус приготовила, — Марта отдала Антонио мой чемодан и корзину, что несла. — Присматривай там за ней, — напутствовала женщина своего подопечного, а тот лишь кивнул, косясь на меня и хмуря брови.
Мужчина вскочил на лошадь и направил ее вслед удаляющейся кареты. Я даже не заметила, как карета уехала вместе с охраной. Как я поняла из обрывков разговора, то три телеги с палатками и утварью уехали на рассвете, и к моменту прибытия короля его будет ждать уже обустроенное место пребывания.
"Мы ехали молча, и я ощущала некую неловкость.
— Нам долго ехать? — я уже не могла молчать, если честно.
— Нет, к вечеру приедем, — бросил глава Тайного отдела и снова уставился на дорогу, словно у нас тут оживленное движение. И если он не будет следить за дорогой, мы не впишемся в поворот и улетим в кювет. Это с условием, что лошади прекрасно шли, даже не понукаемые нами.
— Хорошо, — буркнула себе под нос.
— Алекс ночью на допросе сказал, что ты его соблазняла и склоняла вступить с ним в связь, — вдруг выдает мужчина и смотрит на меня, подозрительно прищурившись.
— Что? — я даже вскрикнула от неожиданности, что очень не понравилось кобылке, которая всхрапнула и как-то ускорила шаг.
— Ночью его допрашивали дознаватели, и он дал признательные показания по многим девушкам и из дворца, и из ближайшего селения.
— Вот же слизняк! — я хотела выругаться покрепче, но подумала, что если я ругнуть трехэтажным, то вообще упаду в глазах Антонио.
— Я что, на дуру похожа? — честно говоря, такие абсурдные подозрения меня обидели.
— Нет, но он довольно симпатичный мужчина, — пожал плечами глава Тайного отдела.
— В мужчине меня меньше всего интересует красота, — я поджала губы.
— И что же вас интересует в мужчине? — вопрос прозвучал так, словно я обозначила себя как охотницу до мужчин, в общем, в не очень-то хорошем свете.
— Нет, — я оборвала его на полуслове. — Ум, честность, великодушие, доброта, — я зло смотрела на собеседника.
— А как же деньги и то место, которое он занимает в обществе? — господин Маттиоли вопросительно приподнял бровь, словно не верил ни одному моему слову.