Он был воплощением греха и искушения, и она знала, что ей не устоять перед ним.
– В зависимости от того, чья это рука. – Голос ее сел.
Он властно взял ее за плечи, дабы убедиться, что она не закапризничает и не сбежит.
– Как ты предпочитаешь? Коротко и решительно или медленно и нежно? Вот так. – Его ладонь скользнула вниз по ее спине и ягодицам.
– Медленно и нежно. – Алекс выгнулась навстречу его руке. Она была уверена, что разоблачение ей не грозит. Невинная девушка не накрасила бы губы и уж тем более не надела бы костюма, взывающего к мужскому естеству.
– Мы с вами обменивались поцелуями? – прошептал он, обдав ее горячим дыханием, пытаясь узнать, с кем обнимается.
По спине под его рукой пробежал холодок.
– Это вы должны мне сказать. – Она потянулась к нему, с замиранием сердца ожидая долгожданного поцелуя.
Его губы легко скользнули по ее губам, а через секунду он уже целовал ее по-настоящему. Александра обвила руками его шею и потерялась в его жарких объятиях. Страсть стрелой пронзила ее тело, превратив смутные желания в вожделение.
Ник прижал ее лоно к своему напрягшемуся достоинству, обхватив ладонями ее ягодицы, и сделал круговое движение, убедившись в том, что она почувствовала его пульсацию.
Ее руки разжались, ладошки уперлись в налитые силой мускулы груди – надо срочно остановить его, оттолкнуть от себя! Но бедра еще сильнее прильнули к нему, как будто она хотела навсегда сохранить на себе отпечаток его тела. Его поцелуи, то легкие и дразнящие, то глубокие и властные, быстро убедили ее губы в том, что они жаждут продолжения.
Ее реакция лишь подхлестнула его желание. На вкус она отличалась от всех его знакомых, это подогревало любопытство и толкало дальше. Он сбросил накидку, завернул в нее свой трофей и снова прижал к себе. Руки принялись жадно исследовать ее потаенные местечки, скрытые теперь мягкой черной материей. Одна ладонь замерла на округлости ее груди, другая подняла подбородок.
– Ты словно дикий мед, вряд ли я пробовал тебя раньше, киска.
– Неужели все поцелуи разные на вкус? – задохнулась она от удивления.
Николас неторопливо расстегнул ее курточку, рука скользнула внутрь и замерла на шелковистой коже груди.
– От всей души надеюсь на это.