Я охотно согласился с его мнением, что в Русской земле не ценят такие лакомства, как зайчатина или журавлятина, и даже смог удивить священника, похвалив константинопольские медовые торты и пирожные. Наконец, мы перестали ходить вокруг да около и, как наиболее образованные люди из всей здешней элиты, решили обсудить насущный вопрос, а именно, что делать дальше.
Татары со дня на день выйдут к городу и, узрев высокие стены, возможно, захотят сначала отправить посольство и начнут улещать жителей. Сдавать Козельск нехристям, конечно, никому в голову не придет.
Пока высшая знать княжества игралась с телескопом, мы с отцом Григорием успели кулуарно обсудить состав переговорной команды, не забывая при этом, что живыми дипломаты могут и не вернуться. Как монголы обращались с послами, секретом не было.
Моя личность даже не обсуждалась. Во-первых, я единственный человек во всем княжестве, сносно говорящий на старо-монгольском. Это умение, конечно, не обязательно, ибо половецких толмачей у пришельцев будет с избытком, но неплохо бы знать, о чем нойоны между собой талдычут. Вторая причина то, что у меня имеются некоторые представления о монгольских обычаях.
Княжий исповедник также идет вне конкурса. Как-никак, отец Григорий ромей, а византийская хитрость вошла в поговорку, тут мне с ним не сравниться. Максимум, на что хватало моих умений — это выцыганить книжку или попросить разбойников пропустить бедного монаха без боя, да и то не всегда получалось.
А вот остальные персоны следовало тщательно выбрать.