Вдобавок, усаживаясь на камнях, она случайно попала хвостом в крошечную заводь, где вода тут же вскипела, и на поверхность всплыли две ошпаренных рыбины, повернувшись белым брюхом к пурпурному закатному небу.
– Налетай! – хмыкнула она. – В смысле, ужин подан.
Морской дракончик прошлёпал через реку, нанизал рыбину на коготь, понюхал и скривился.
– Никогда я не привыкну к жареному и варёному.
– А я только жареное и ем, – покачала головой Беда. – После когтей иначе и не бывает – чёрное всё и хрустит.
Вроде тех камней, подумала она, что Пурпур заставляла есть в детстве.
Захочет жить своим умом? Беда невольно зарычала. Да нет, королева Пурпур обращалась так не с ней одной, стараясь подавить и подчинить всех вокруг.
– Как неудобно, – заметил Карапакс, и она не сразу поняла, что он продолжает разговор о еде. Дракончик сидел рядом, разминая с болезненной гримасой плечи и шею. – Тебе надо попробовать нормальную пищу… Давай ты разинешь пасть, а я брошу кусочек сам. – Он запустил когти в воду и ловко цапнул новую рыбину.
– Дурацкая выдумка, зачем?
– Тогда еда не коснётся твоей чешуи и останется свежей, – объяснил он, разрывая рыбу на части. – Вот и поймёшь, что едят другие.
Беда поморщилась, но пасть раскрыла… И тут же получила в глаз рыбьей головой.
– Ты что это, морской, шутки шутить надумал? – взревела она, грозно взметнув крылья. А ну…
– Ой! Прости, прости, – залепетал он. – Промахнулся, бывает. Давай ещё раз попробуем.
Она с подозрением прищурилась. Зелёный дракончик выглядел не слишком виновато и явно подавлял неуместный смех.
– Ты это нарочно сделал, да?
– Нет, клянусь! Просто я… не очень меткий. Мало практикуюсь. Ну как, готова?
Раздражённо рыча, она снова разинула пасть.
Ещё два куска пролетели мимо, но следующий, наконец, угодил куда надо. Беда задумчиво повертела рыбу на языке, пожевала… Ни дать ни взять, холодная скользкая лягушка. Морщась, проглотила.
– Нет, – отрезала она, – ни за что. Даже речи быть не может. Гадость однозначно.
Морской дракончик расхохотался.
– Ну ты даёшь! Это же самая вкуснотища, только так рыбу и едят.
– Тьфу! – Беда перескочила с камня на камень, направляясь к берегу.