Правда, ходили слухи, что при таких стоматологических процедурах можно случайно подцепить гепатит «С», который практически не лечится. Может так, а может и нет. Лично я считал, что этот слух пустили те, кто не желал тратить деньги на собственное здоровье.
К счастью, сейчас госпитализация мне не потребовалась — необходимые антибиотики, жаропонижающие и прочие лекарства были в избытке. С обеспечением все было хорошо. Три дня я валялся в лазарете со скачущей высокой температурой, а потом постепенно пошел на поправку.
— Крепкое у тебя здоровье, лейтенант! — как-то похвалил он, проверяя дыхание. — А с виду особо и не скажешь. Я видел многих и покрупнее тебя, а судя по количеству шрамов, тебе уже довелось через многое пройти, несмотря на молодой возраст. Даже не знаю, хотел бы я себе такой судьбы…
— Ну, я ведь и не выбирал такую судьбу! — что ещё можно было ответить в моем случае, чтобы не привлекать внимания.
Все то время, пока я валялся с воспалением лёгких, меня никто не трогал. Не было никаких посещений, будто бы о моем появлении в гарнизоне никто и е знал. Да и если вдуматься, какой в этом смысл?"
"А вот на четвертый день, уже на нормальных костылях в лазарет заявился капитан Копчёнов. Нога плотно перебинтована, в хорошем расположении духа. Да и внешне он выглядел куда лучше, чем тогда, в поле сухой травы.
— Громов, вот значит, куда ты подевался?! — радостно воскликнул тот, едва ввалился в лазарет. — Ну, рассказывай, ты как тут? Обосновался уже? Познакомился с кем-нибудь?
— Нормально. Жить буду, — лично я никакой особой радости из-за этой встречи не испытывал. Естественно, этого показывать я не стал.
— И я теперь буду! — довольно хмыкнул тот, кое-как присаживаясь на край моей кровати.
— Это очевидно. Холодина была жуткая. Как нога, кстати?
— Нормально. Пулю извлекли, все тщательно обработали и зашили. Бегать пока нельзя, но это временное явление… Выпросил очередной укол обезболивающего, хожу теперь всем надоедаю...