Он пока отсутствует, но как только вернётся, я вас обязательно познакомлю. По всем вопросам можешь обращаться ко мне, все покажу, расскажу и помогу. Ну, в меру своих возможностей!
— Спасибо. А кто здесь военный советник?
— Полковник Калинин! Слышал о таком?
Кажется, то ли подполковник Сизов, то ли генерал-майор Калугин упоминали другую фамилию… А может и нет. Но это не точно.
— Не припомню такого!
— Ты с ним ещё познакомишься! Мировой мужик и отличный офицер, а ко всему прочему, ещё и доцент чего-то там… Название заумное, не запомнил.
Любопытно. Военными советниками кого попало не назначают, по крайней мере, на таких сложных направлениях как Сирия. После завершения Афганской войны, вероятнее всего, на территории именно этой республики и развернется новый глобальный конфликт.
— В общем, поправляйся и в строй! — Толик вновь вооружился костылями. — У тебя работы впереди столько, что я тебе совсем не завидую.
— Кстати, как раз по поводу работы… Какова же всё-таки моя задача? Только охрана советника?
— Я же тебе говорил про секретку! — напомнил тот.
— Что-то мне подсказывает, что ее здесь нет! — я посмотрел прямо в глаза капитану. Тот взгляд выдержал, но при этом криво усмехнулся:"
"— Секретка есть. Скоро сам всё увидишь. А про то, что мы систему ПВО для Сирийских Вооруженных Сил разворачиваем и готовим ее к эксплуатации, все это правда. Только помимо зенитно-ракетных комплексов, задействовано и кое-какое другое оружие. Ну, потом узнаешь!
Ответ, конечно, исчерпывающий.
Как и Сизов, и Калугин, Толик офицер подозрительный. Со своими тараканами. А вообще, слишком глубокое присутствие контрразведки здесь, слишком… И это я ещё толком ничего не увидел!
— Ладно, Максим, пойду я. Выздоравливай.
— Аналогично! — кивнул я, указав на его перемотанную бинтами ногу.
С питанием в лазарете было нормально — небольшая столовая, в просторном одноэтажном здании. Кухня сугубо наша, советская.
На четвертый день я уже начал покидать лазарет, потихоньку осматривать закрытую территорию. Здесь стоял какой-то небольшой поселок на три десятка домов, половину которого как раз и передали под размещение советского гарнизона. Здания стояли так, что все входы выходили в центр, а окна наружу. Эдакий полукруг.