– До ужина мы уже уйдем, – вздохнул Матвей, опускаясь на одну из скамей, что полукругом стояли у большого стола, на который падали лучи закатного солнца. – Александру Даниловичу надолго отлучаться нельзя, да и меня на час отпустили. Я… я пришел поговорить о лорде Тротте, Четери.
– Он вернулся? – без удивления поинтересовался дракон, тоже расположившись на скамье рядом с Александром. – Ты в Поворот года говорил мне, что видел его в Нижнем мире глазами девочки, да и Нории подтвердил, что он за ней ушел. Получилось ли у него вернуть ее?
– Нет и нет, – тяжело проговорил Ситников.
В беседку один за другим вплыли слуги – с позолоченными подносами, одетые в расшитые орнаментом белые рубахи до пят: расставили на столе несколько запотевших оранжевых кувшинов с молоком, синие пузатые фарфоровые чайники с чаем, разноцветные плошки-чашки, блюда со сладкими лепешками.
Свидерский тоже пил молоко – но неспешно, слушая с интересом, хотя все это уже слышал, когда навещал Матвея в монастыре и потом на хуторе Дорофеи Ивановны. А Мастер слушал и улыбался, чувствуя, как на коже знакомым предчувствием славных битв холодеют линии ауры.
– И вы пришли просить меня помочь им дойти до порталов и пройти через них, – уточнил дракон, когда Матвей закончил.
– Угу, – пробормотал Ситников, с надеждой глядя на Владыку.
– Честно говоря, я скептически отнесся к этой идее, – вступил в разговор Свидерский. – Я считаю ее безумием.
– Вряд ли, – без ложной скромности откликнулся Чет. – И что вы придумали?"
"– Смотрите, Владыка, – Александр достал из нагрудного кармана военной рубашки сложенную карту.