Я, то и дело прислушиваясь к канонаде, успела торопливо рассказать им все, что знала про лорда Тротта, велеть принести сюда упаковки с молоком, попросить приходить ко мне, как будет возможность, обнять Марта, крепко пожать руку Виктории. Возможно, мы никогда не станем подругами, но я видела, как она бросается защищать Мартина и готова была полюбить ее только за это.
Часы показывали без пяти десять, когда они, нагруженные молоком, ушли в Зеркало. А я, чувствуя, что сейчас снова начну плакать, постояла немного, глубоко вдыхая и выдыхая, и направилась сначала к Берни – узнать, что происходило, пока я была без сознания, связаться со свекровью, – а затем обратно в лазарет.
Дармонширу нужен был не только Люк. Я тоже оказалась здесь нужна.
Глава 6
Семнадцатое апреля, Тафия, Вей Ши
В ночь после ухода Четери Вей Ши не смог заснуть, как ни пытался: опять тревожили его картины далеких битв и ощущение, что сам он прячется от настоящих дел. Вставали перед глазами образы из видений юной принцессы Рудлог, которые он разделил с ней – смерть деда и гибель Мастера, падение Пьентана, битвы исполинов, – и все сильнее хотелось прямо сейчас оставить мирную жизнь и уйти туда, где он сможет изменить предначертанное.
Кровь тянула его в путь, а слово, данное деду, удерживало на месте. И никак Вей не мог решить, что правильней.
В конце концов он так измаялся, что вытянулся на циновке, заставляя мышцы расслабиться, и как только напряжение покинуло тело, ушел в одну из любимых ментальных лакун, созданных для отдохновения: туда, где среди скал и зелени шумел высокий водопад, а в озере, образованном его водами, плавала радужная форель.
Там он мог подумать, пока тело отдыхало и набиралось сил, мог и потренироваться: пусть это не развивало мышцы, зато закрепляло пройденное в памяти. Там разум его был спокоен и свободен от порывов горячего сердца.
Хотел он пообщаться с отцом или дедом, но они были закрыты – не ощущал Вей привычного их внимания. А вот девочка Юноти в этот момент спала; теперь он в любой момент мог прийти в ее сон и сделал это, просто назвав ее имя.
Такие сны были пустыми и брались из памяти, никакой опасности или предзнаменования не несли.
Вей Ши мог и пообщаться с ней, и позвать к себе – но не хотел, пусть и был удивлен, что девочка не появилась у него во снах в первый же день после привязки.