— Большой боевой опыт так и не сделал его крутым начальником, даже командовать ротой было для него в тягость. Пределом майора Давыдова пока оставалось командование разведывательно-диверсионной группой.
Десантники, сыпавшиеся с неба, как первый снег, проворно гасили купола своих парашютов и тут же собирались в ударные подразделения, дальше предстояло готовить приземлившуюся технику.
Большой отряд парашютистов строем прошел к колонне бэтээров морской пехоты. Впереди десантников широко шагал двухметровый гигант с исписанным зелеными полосами лицом и в лихо заломленном голубом берете.
«Пижон», — глядя на неуместный в боевой обстановке берет демаскирующего цвета, неприязненно подумал Давыдов. Повесив на плечо брезентовый ремень автомата, он спрыгнул с разогретой брони и направился встречать гостей."
"— Привет водоплавающим! — еще издалека рявкнул гигант, оскалившись в довольной улыбке.
— Салют пернатым, — в тон парашютисту ответил Денис, он успел сделать всего несколько шагов навстречу, когда услышал голос десантника, больше напоминающий победный рев дикого зверя.
— Денька, Гусар, ты ли, братишка?
Раскинув в стороны руки, он бросился на Давыдова подобно медведю-шатуну, и, только оказавшись в его могучих объятиях, Денис сквозь зеленые узоры рассмотрел знакомые черты лица, в ответ восторженно заорав:
— Леха!
Лейтенанты-разведчики, морпех Денис и десантник Леха, познакомились на второй чеченской. Первый раз обе разведгруппы встретились в горах, приняли друг друга за душманов и едва не перебили.
Вторая встреча произошла опять же в горах, где десантники схлестнулись с ну очень большим отрядом арабских наемников, которые их плотно обложили и должны были уничтожить, выручили только вертящие «карусели» — вертолеты, поливая все вокруг раскаленным металлом ракет и снарядов. На помощь десантникам бросили две роты, но первыми на место прибыли морпехи Давыдова.
Морпехи высадились на господствующую высоту во фланге моджахедов и оттуда ударили по арабам из всего вооружения, включая «НУРСы» «Ми-8», доставившего их. Удар был настолько ошеломляющий, что наемники отступили, даже не забрав трупы братьев по вере, что случалось крайне редко.